Немного удачи

Закрытые двери казались страшно неприступными, и, несмотря на все ее старания, они с Уолтером и дети выглядели типичной деревенщиной, особенно она – унылая и безвкусная, будто кукурузная каша. Она покачала головой и сказала:

– Мы опоздали.

Уолтер пробормотал что-то, чего она не расслышала, а вот Фрэнки сказал:

– Черт побери!

Наверняка он повторил это за отцом.

– Фрэнки! – возмутилась она. – Какие гадкие слова!

Фрэнки поднял глаза на Уолтера. Уолтер на минуту замер, а потом спросил:

– Ну так что, мы идем? Разоделись, как щеголи.

Розанне казалось, что вот-вот произойдет нечто ужасное, но она не могла даже представить, что именно. На тихой улице Ашертона стояло теплое воскресное утро, автомобилей почти не было, кленовые деревья вдоль тротуаров едва заметно подрагивали на ветру, а листья шелестели, как бывает, когда они чуть-чуть подсохли. Розанна отпустила руку Джоуи и подняла ее к лицу. Джоуи схватился за ее юбку. Ее страх передавался ему? Или же его страх передавался ей? Неужели Джоуи именно так себя и чувствовал все время? Раньше ей это никогда не приходило в голову.

А потом обе двери распахнулись, вышли двое мужчин в хорошей одежде и заклинили их. Небольшими группками стали выходить прихожане. Первые четыре-пять человек остановились и подождали, пока не вышел пастор (так подумала Розанна) и не протянул руку, чтобы они пожали ее и пожелали ему хорошего дня. И тут Лиллиан отпустила мамину руку, вскарабкалась по ступенькам, и люди расступились, пропуская ее.

– Ох, какая милая крошка, не правда ли? – сказала одна женщина, а какой-то мужчина спросил:

– Как тебя зовут, девочка?

И Лиллиан ответила:

– Я – Лиллиан, как у вас дела?

Некоторые усмехнулись, а другая женщина воскликнула:

– До чего же прелестный ребенок!

И в этот момент Уолтер выступил вперед и протянул руку пастору.

– Простите за вторжение, сэр. Мы надеялись попасть на службу.

А первая леди сказала:

– И малое дитя будет водить их[24 - Исаия 11:6.

Скоро Уолтер выяснил, что следующая служба начнется через полчаса и им там, разумеется, будут рады. Розанна оставила страх позади, как будто покинула тесное, душное помещение, и, когда она пошла вслед за Уолтером и Лиллиан, от удовольствия по коже у нее пробежали мурашки.

Молодой человек проводил их на скамью примерно посередине зала, и они сели – даже Фрэнки притих, – оглядываясь на прихожан, явившихся на следующую службу.