О природе вещей

Не послужило несчастной к спасенью и то, что впервые

Именем нежным отца ею назван был царь Агамемнон.

Всю трепетавшую вмиг ее на руки воины взяли

И на алтарь понесли; но не с тем, чтоб, окончив обряды,

К светлому богу примкнула она, Гименею, но чтобы

Жертвою пала, рукою отца святотатно закланной,

Девственно-чистая, в светлый, торжественный день ее брака:

Да ниспошлется удача и счастье в отплытии флоту!

Вот к изуверству какому религия может понудить.

Может быть, также и ты из-за вымыслов страшных поэтов

Станешь ученье мое избегать, как всегда то бывает.

В самом же деле великое множество можно измыслить

Грез и видений, которые, строй целой жизни нарушив,

Смуту внести бы могли в наше счастье при помощи страха.

Истинно: если бы смертные видели, что существует

Горестей верный конец, то могли б они так иль иначе

Противостать как религиям, так и угрозам поэтов.

Ныне же к этому нет у них средств и прямых оснований,

И потому вечных мук после смерти все люди страшатся, и

Так как природу души совершенно не ведают люди:

В чреве ль родится она, иль внедряется после рожденья?

Гибнет ли наша душа, отделявшись от тела по смерти?

В Оркуса

 мрак ли нисходит, в пустых ли витает пространствах

Или по воле богов переходит в различных животных,

Как поучает наш Энний, который принес нам впервые

Вечно зеленый венок с благодатных высот Геликона,

Громкою славой почтенный у всех италийских народов?

Все ж, хотя Энний в стихах своих, вечно бессмертных, толкует

Между всем прочим о том, будто есть Ахерузии пропасть,

Но не тела и не души людей в тех местах пребывают,

А лишь поблеклые призраки необычайного вида.

Он вспоминает, что призрак цветущего вечно Гомера,

Вставший оттуда пред ним, проливая соленые слезы,

Стал говорить и природу вещей объяснять ему словом.

А потому надлежит изучить нам внимательно вещи

Высшие: то, по какому закону свершают движенье

Солнце и месяц и силой какой управляются вещи

Здесь, на земле, а затем мы рассмотрим внимательным оком,

Что же собой по природе наш дух и душа представляют;

Также те вещи, которые, нам наяву представляясь,

Ум наш пугают во сне и в припадке тяжелой болезни,

Так что нам кажется, будто мы явственно видим и слышим

Мертвых, останки которых давно уж прияты землею.

Я не скрываю в душе: рассуждения темные греков

Очень мне трудно стихами латинскими выразить точно.