О природе вещей

Если б к тому же пространство вселенной во всем ее целом

Замкнуто было кругом и в известных пределах лежало

И находился конец в нем, давно б вся материя мира,

Собственной тяжестью книзу влекома, слилась с преисподней,

И ни одно существо не росло бы под сводами неба.

Не было б самого неба, – и солнца лучи не светили б,

Так как, в комок бы свернувшись, материя косно лежала

И оставалась бы так от времен бесконечных навеки.

Ныне же, знаем мы, косности в первоначальных зачатках

Нет никогда и нигде, как и нет вовсе дна, где могли бы

Эти зачатки стекаться и там пребывать без движенья.

Все нарождаются вещи всегда в беспрестанном движеньи.

Всюду во всей необъятной вселенной они почерпают

Из бесконечности быстрые тельца материи вечной.

Видим же мы, наконец, как одна вещь граничит с другою:

Воздух вершинами гор ограничен, а воздухом – горы;

Море – граница земли, у земли же кончается море.

Но ничего нет такого, что мир ограничить могло бы,

И таковая природа присуща пространству и месту.

Пусть бы река величавая, вдаль устремившая воды,

Вечно струи бы катила свои в бесконечном пространстве,

Все ж она не была б ближе к концу, чем была при истоке.

Так далеко простирается всюду по всем направленьям

Сонмище неисчислимых вещей без конца и пределов.

Строго природа блюдет, чтоб вещей совокупность пределов

Ставить себе не могла, между тем как тела пустотою

Принуждены ограждаться всегда, пустота же – телами.

Этим взаимным воздействием сделался мир бесконечным.

Если б одно для другого границею не было точной

В силу природы самой и лежало бы все без пределов,

То ни морей, ни земли, ни простора небес лучезарных,

Также ни рода людей, ни священного тела бессмертных

Существовать не могло бы и самое краткое время.

Множество тел, отложившись от массы материи общей,

Вечно б носилось тогда, в пустоте растворяясь громадной.

И никогда бы они не сплотили какой-нибудь вещи,

Так как сдержать их при том беспорядке ничто не могло бы.

Истинно: тельца первичные все при своих сочетаньях

Твердым порядком и ясным сознаньем не руководились

И не условились раньше, какое кому дать движенье,

Многообразно меняясь во всем бесконечном пространстве,

Пробуя всякие роды движения и сочетаний,

Силой ударов, толчков непрестанно они потрясались

И наконец оказалися в тех положеньях, в которых

Вся совокупность вещей сотворенных находится ныне.