О природе вещей

Следует знать, что такого сношенья вещей не бывает,

Но что должны находиться в различных предметах зачатки,

Общие многим предметам в смешении многообразном.

Но на горах, возразишь ты, высоких бывает порою,

Что от взаимного тренья верхушек двух смежных деревьев,

Силой могучею южного ветра сведенных, нежданно

Яркий огонь, охвативши их оба, блестит и сверкает.

Это бывает. Но в дереве все же не кроется пламя.

Пламени в нем лишь зачатки таятся, которые треньем

Соединяются вместе, лесам причиняя пожары.

Если б готовое пламя таилось в лесах постоянно,

Верь, ни в какое бы время оно не могло укрываться,

Но охватило бы все и сожгло бы сады и дубравы.

Чтоб в вышесказанном ты убедился, я вот что прибавлю:

Много имеет значения, как сочетаются тельца

Эти первичные и в положеньи каком пребывают;

Также, какое движенье друг другу дают и приемлют,

Так что, чуть-чуть изменив сочетанья, они образуют

Пламя из дерева. Это и в самых словах мы заметим.

Звуками мы отличаем понятия ligna от ignes

,

В буквах почти одинаких слегка изменивши порядок.

Если же ты относительно разных вещей очевидных

Думаешь, что возникать они могут под тем лишь условьем,

Чтоб обладали зачатки их сходною с ними природой,

То от тебя ускользает понятие телец первичных.

Тельца такие могли б хохотать, сотрясаясь от смеха,

И увлажняли б соленые слезы глаза их и щеки.

Но ободрись! и точнее узнай, что осталось сказать мне,

Не обольщаюсь я: многое темным еще остается,

Но ожиданье похвал поселяет мне в сердце охоту

И в то же время в груди поощряет любовь мою к музам,

С помощью коих я, острым чутьем и умом подкрепленный,

Темные дебри в полях Пиэрид

 исхожу, где дотоле

Не был никто.

Первый оттуда черпну и нарву я цветов себе новых,

Чтобы стяжать для своей головы тот венок знаменитый,

Коим еще до меня никого не украсили музы.

Прежде всего потому, что о важных вещах я толкую,

Души от тесных оков суеверья стараясь избавить.

Ясные песни свои я слагаю, затем, о предметах,

Тьмою объятых, и муз обаянье на мир изливаю.

Это последнее, кажется, не лишено основанья.

Я поступаю, как врач. Когда горькую полынь он ребятам

Маленьким дать пожелает, сперва по краям свою чашу

Сладкою влагой янтарного меда немного он мажет,

Чтоб услаждением губ их неопытный детский рассудок

Ввесть в заблуждение.