Ледяная душа

– Эй, ты не ранена? – позвал Николас. – Слышишь меня?

В ответ он встретился лишь с её пронзительным взглядом. Она смотрела на него так, словно между ними висело невидимое стекло, не пропускающие голос Николаса.

– Ты меня понимаешь? – попытался он ещё раз. – Пойдём со мной, здесь опасно.

Николас думал только о том, как бы спасти жизнь Хьюго, времени уговаривать девочку у него не было. Но та всё же встала, наверное, он напугал её словами про опасность.

Николас с трудом облокотил на себя Хьюго и подхватил под колени.

– Тяжелый, зараза, – выругался Николас.

Он вновь прошептал заклинание: на траве появились носилки, полностью сделанные из света. Николасу осталось лишь перевернуть Хьюго на них, а затем те сами по себе оторвались от земли и полетели в сторону особняка.

Николас перешёл на бег, чтобы догнать их. Собака прихрамывала, поэтому он взял её на руки, сравнивая, насколько же она легче Хьюго.

На пороге особняка ждала миссис Джонсон, наверное, вышла, когда почувствовала запах гари. Дым от лесного пожара успел разнестись с ветром по округе.

– Что случилось?! – взволнованно спросила няня. – О боги, Хьюго!

– Миссис Джонсон, отойдите!

Носилки пронеслись в двери мимо неё и скрылись в доме. Следом внутрь залетел Николас с собакой на руках. Он направил Хьюго в зал, ведь не раз бывал у него в гостях и помнил расположение комнат.

– Что же это делается… – няня не сдержала слёз.

– Пожалуйста, постарайтесь не схлопотать сердечный приступ, вас нет времени откачивать. Мне срочно нужен фиалковый уксус. Есть?

– Да, сейчас принесу. – Она вышла из зала.

Николас вновь разрезал воздух пальцами. На этот раз из пространства он вытащил кейс со всевозможными инструментами от скальпеля до ножниц. Последние ему-то и были нужны. Он разрезал ими рукав пиджака и рубашки Хьюго, обнажая рану, которая всё ещё кровила.

Сзади подбежала няня, протягивая бутылочку с фиалковым уксусом. Николас вылил половину на укус, а другую снова залил в рот Хьюго. Будь он в сознании, наверное, ни за что бы не выпил по доброй воле. Николас знал, что уксус сильно горчит, а попав на открытую рану начинает невыносимо печь.

– Как вы думаете, чьи это клыки? – спросил Николас, рассматривая отпечаток пасти на коже.