Ледяная душа

Кровавое полнолуние – ночь, о которой предупреждают всех магов. Ночь, которую боится каждый. Ночь, в которую всего один укус способен превратить человека в нечисть.

– Спаси… Спасибо, – со стороны ферокса донёсся хриплый голос.

Хьюго посмотрел на него, но вместо зверя увидел мужчину, лежащего на спине. Белая рубаха и длинная чёрная коса окрасились в крови. Он изредка дёргался, наверное, от боли.

– Папа, – неожиданно произнесла девочка и присела рядом с фероксом. – Папа, папа, папа, – она не прекращала звать его и трясти.

Хьюго сжал зубы. Рана пекла, а теперь его ещё и терзала вина. Он убил её отца, оставил ребёнка сиротой, пусть выбора ему никто и не предлагал. Всё равно.

– Теперь моё обещание перелегло на твои плечи, – прохрипел незнакомец.

– Нет, я не согласен. Что ты несёшь? Кто ты? Почему фероксы живы? – поток вопросов лился из Хьюго.

Но ему уже никто не ответил. Мужчина закрыл глаза и больше не дышал. Девочка зарыдала сильнее и прижалась к его груди, пачкаясь в крови.

– Какое ещё обещание? Почему со мной это происходит? Я устал.

Хьюго неуклюже поднялся, зажимая рану ладонью. Он постарался сделать шаг, но равновесие вновь покинуло его. Хьюго завалился пластом на спину. Сознание утекало вместе с кровью. Он отчаянно старался держать его, но в глазах поселилась темнота. Он продолжал слышать, как кричит девочка и ему даже показалось, что её перебивает другой, такой знакомый ему голос.

Сил не осталось. Хьюго провалился в сон.

4. Волчья ягода

Николас опоздал всего на пару минут и не застал Хьюго в сознании.

Он отчаянно звал его, тряс за плечи и даже ударил по щекам, но всё безуспешно. Только заметив укус на предплечье и окровавленное тело рядом Николас немного понял, что происходит. Какое-то существо ранило Хьюго. И самое ужасное то, что луна уже окрасилась в алый. Началось заражение, а значит времени меньше с каждым мгновением.

Николас шепнул заклинание, разрезал светящимися пальцами воздух и просунул руку в образовавшуюся щель. Оттуда он извлёк прозрачную колбу с фиолетовой жидкостью на донышке.

– Почему так мало осталось? Почему сейчас? – нервно буркнул Николас.

Он аккуратно влил остатки в рот Хьюго. Фиалковый уксус использовали, чтобы немного замедлить заражение и обрабатывать раны. На такие случаи Николас всегда держал при себе баночку-другую, но не заметил, как они все закончились.

Тихие всхлипы отвлекли его. Незнакомая девочка лет тринадцати сидела возле мёртвого мужчины и глотала слёзы.