На войне как на войне

Великое дело сотворил. Родила гора мышь…

– Ну хватит, товарищ сержант, – простонал Васин.

– Что хватит, курсант Васин? – закричал Теленков. – Как стоишь, разгильдяй?.. Встать! Руки по швам!

Васин вытянулся. Губы у него дрожали.

– Вы все поняли, Васин? – растягивая слова, грозно спросил Теленков.

– Так точно, товарищ сержант, – отчеканил Васин и, опустив голову, пробормотал: – Простите, больше не буду.

– Хорошо, на первый раз прощаю… Дай-ка закурить.

Васин торопливо вытащил из кармана кисет и всыпал в руку Теленкова чуть ли не горсть махорки.

– И ему тоже, – Теленков кивнул головой на Сачкова.

– Ну это уж дудки! – сказал Васин. Показал Сачкову кулак и пошел. Но у двери остановился, покачал головой.

– Ну и ловкачи же вы!..

Сачков с Теленковым захохотали.

– Таких жмотов, как Васин, наверное, во всем училище не сыскать, – сказал Сачков.

– А я любого жмота распалю до самой… Подход надо иметь к человеку, курсант Сачков… – И Теленков снисходительно похлопал Сачкова по плечу.

Сачков, который был в два раза старше Теленкова, принял доверительность дежурного, как пряник…

Теленков вышел из уборной и увидел, что у дневального из рукава шинели, как из трубы, валил дым… Это уж было из ряда вон. На посту – курить!

– Ты что, Загнишеев?.. – Теленков выразительно постучал ему по лбу согнутым пальцем.

– А кто видит-то! – огрызнулся Загнишеев.

– Прекрати, идиот… Ты что, хочешь, чтоб Горышич нас снял с наряда?

Загнишеев послюнил палец, аккуратно затушил цигарку и глубоко запрятал ее в карман…

Теленков прошелся еще три раза от бачка до тумбочки, постоял у окна, посмотрел на темный двор казармы.

Одинокая лампочка на столбе качалась, и по мокрой траве скользило желтое маслянистое пятно.

«Боже мой, какая тоска! Хоть бы поскорее на фронт! – подумал Пашка. – Если будут оставлять в училище командиром учебного взвода… Ни за что! В ноги брошусь генералу, чтоб отпустили на фронт…»

Дело в том, что фамилия Теленкова все эти месяцы висела в главном учебном корпусе на Доске почета.

И в довершение всего он экзамены сдал на пятерки… Командир батареи Лобарев весьма прозрачно давал ему понять, что он может быть оставлен в училище в должности командира учебного взвода… Размышления Теленкова прервал голос Птоломея:

– Дежурный, время!

– Сколько? – спросил Теленков.

– Без пяти восемь…

И в ту же минуту закричал дежурный по соседней батарее.