Приют Грез. Гэм. Станция на горизонте

На каждом сердце написано имя, и каждое имя – напоминание о ком-то дорогом и любимом. Вот тут, с краю, поближе к луне, вы видите бледное сердце в венке из красных роз. Можете прочесть и имя: Лу. – Эрнст указал на портрет в бетховенском углу: – Это ее портрет. Фриц ее очень любил.

– Он мне об этом рассказал, – очень тихо откликнулась Элизабет.

– Значит, он проникся к вам большим доверием. Он вам все рассказал?

– Все.

– Это говорит о многом. Доныне он рассказал все одному лишь мне. Другие знают только то, что Фриц ее очень любил и что она умерла.

Многое можно узнать из его стихотворений той поры. Прочитать вам?

Элизабет кивнула.

Моя весна, в тебе вся жизнь,

Ты – счастье в доле человека.

Ты – та звезда, что светит близ

Меня, пока не смежу веки.

Мое ты небо, мой покой,

Мой рай земной навеки.

И будет мир в душе моей,

Коль ты прикроешь веки.

– В свой счастливый час я сочинил музыку на это стихотворение, – добавил Эрнст.

– Вы не дадите мне ноты как-нибудь потом?

– С удовольствием.

У Фрица есть рукопись. Я ему скажу. А вот и он сам.

Фриц вошел в комнату.

– Добрый вечер, милая Элизабет. Ну, дети мои, вы уже немного познакомились?

– Хотел бы надеяться, – сказал Эрнст и улыбнулся.

– Весной люди знакомятся намного легче, чем в другое время года, – заметила Элизабет. – Весной все как-то задушевнее, ближе. Не так ли, дядя Фриц?

– Именно так, дитя мое. Причем по весне жизни – в еще большей степени, чем по ее осени.

Ну вот. Для Элизабет у меня есть вишни, а для Эрнста – египетские папирусы. Устраивайтесь поудобнее.

Элизабет уютнее уселась в кресло и стала лакомиться вишнями.

– Ну же, Элизабет, какое прекрасное событие случилось у тебя сегодня? Нужно, чтобы каждый день, будь он даже серым и пасмурным, случалось что-нибудь прекрасное. Вечером я часто спрашиваю себя: что прекрасного было у тебя сегодня? И должен заметить: каким бы тягостным ни был день, все же маленький солнечный зайчик всегда показывается.

Так что давайте начну с себя. Сегодняшний день принес мне большую радость: приехал мой Эрнст!

– Мой дорогой, мой хороший… – растроганно откликнулся Эрнст и пожал ему руку.

– Теперь твоя очередь, Элизабет.

– Было кое-что. Но самое прекрасное случилось нынче вечером на городском валу у Господского пруда. Я уже собиралась идти к тебе. Вечернее солнце сказочно мерцало сквозь кроны старых лип. Все кругом словно замерло.