Будни ветеринарного врача. Издание 2-е, исправленное и дополненное

Вдвоём мы сканируем собаку взглядами – Эмма спереди, а я сзади, – будто прожжённые экстрасенсы.

Пёс большой, серьёзный, и в моей голове стандартно прокручиваются породные овчарочные болезни, среди которых красными буквами горит: «Экзокринная недостаточность поджелудочной железы». Вот прям для такой породы скормить говяжий мосол – это большая, большая ошибка. Немецкие овчарки, как, например, и колли, могут иметь генетическую аномалию: ацинарную атрофию поджелудочной железы, наминутчку, – это когда ацинарные клетки органа изначально дефектны.

– Блевать ещё начал, – подтверждает мои догадки хозяин. Он говорит, тщательно взвешивая каждое своё чугунное слово.

– Ясно. Держите за ошейник, – говорю, приближаясь к собаке сзади и надевая перчатки.

Крепкой рукой он берёт овчарку за ошейник и спрашивает, с интонацией, которой озвучивают риторические вопросы:

– А что, разве собакам кости давать нельзя?

Щупаю псу живот. Потерпите. Сейчас будет демонстрация ответа на Ваш вопрос. Предельно подробная. Как бы ещё к хирургам не пришлось обращаться…

Живот овчарка прощупать даёт, но не полноценно, – под конец начинает крутиться, реагируя на дискомфорт.

Помнится, намедни был среднеазиат, которого по доброте душевной накормили бараньими головами в количестве трёх штук. У того в попе была кость величиной с кулак – стояла на выходе, но из-за жуткой боли не выходила. Вместо неё из ануса сочилась кровь, и время от времени во время потуг выпадали куски слизистой оболочки кишечника.

Меняю градусник на палец, лезу овчарке в попу – ну да, картина похожая. Костный комок, к тому же щедро утыканный острыми, словно лезвия «Спутник», пластинками надкостницы, и тоже величиной с кулак. Овчар начинает тужится и орать.

– Сделайте ему укольчик, и мы поедем, – вещает дама на этот раз в мою сторону. – Я очень спешу.

С её стороны доносится аромат дорогого парфюма.

Я вылезаю из собачьей задницы и с говняной рукой, задранной пальцами кверху, пространственно вещаю про последствия панкреатита, некроза кишечника и необходимость эвакуации этих самых костей в кратчайшее время.

– И что делать? – бледный хозяин вторгается в рассказ на устрашающем описании «панкреонекроза со смертельным исходом». Мой необузданный воспалённый мозг, собравшийся вынести страшный вердикт «сахарный диабет», умолкает.