Путешествие в Индию

Ронни, однако, был сильно раздражен. Из описания матери он понял, что этот врач, вероятно, молодой простак с другого берега Ганга, который выплеснул на нее все свои братские эмоции. Какая досада! Почему она тоном не показала ему, что речь идет об индийце? Придирчиво, скрипучим голосом он принялся выпытывать подробности.

– Он окликнул тебя в мечети, да? Как он это сделал? Нахально? Что он сам делал в мечети ночью? Нет, это не время молитвы. – Последняя фраза была ответом на предположение мисс Квестед, которая слушала с живейшим интересом.

– Наверное, это и в самом деле было нахальство, но я не вижу здесь никакого трюка, – возразила миссис Мур. – Он очень рассердился, я поняла это по его голосу. Как только я с ним заговорила, он мгновенно сменил тон.

– Тебе не следовало ему отвечать.

– Но послушай, – заговорила склонная к логическим умозаключениям мисс Квестед, – разве ты не ждал бы от мусульманина ответа, если бы попросил его снять шляпу в церкви? Ответь, пожалуйста, в чем разница?

– Разница есть, есть, просто ты ее не понимаешь.

– Да, я ее не понимаю, но хочу понять.

Лучше бы она не встревала в этот разговор. Мать не играла здесь никакой роли, она всего лишь залетная птица, временный сопровождающий. Она может ехать в Англию с теми представлениями об Индии, какие ей нравятся. Но Адела, подумывающая о том, чтобы остаться здесь жить, – это проблема более серьезная; будет очень утомительно, если она начнет чудить с туземным вопросом.

– Вот ваш Ганг.

Внимание женщин было мгновенно отвлечено. Под их ногами внезапно возникло какое-то свечение. Оно не исходило ни от воды, ни от лунного света, оно, словно длинный светящийся сноп, просто висело в темноте. Ронни сказал женщинам, что свечение располагается там, где намывается песчаный берег, и темная полоса в пучке света – это песок. Рассказал он и о том, что из Бенареса сюда плывут мертвецы, но редко доплывают, потому что по пути их съедают крокодилы.

– Не многие мертвецы добираются до Чандрапура.

– Еще и крокодилы. Какой ужас! – пробормотала миссис Мур. Молодые люди, улыбаясь, переглянулись. Им нравилось, когда пожилая леди немного чего-то пугалась. Между ними снова были мир и согласие. А миссис Мур продолжала говорить:

– Какая ужасная река, и какая прекрасная!

Она тяжело вздохнула.