Путешествие в Индию

В Англии луна всегда казалась ей мертвой и чужой, здесь же она была закутана в одну шаль ночи вместе с землей и всеми звездами. Пожилую женщину внезапно пронзило чувство единства, родства со всеми небесными телами, как и с прохладной водой из бассейна, оставлявшей вкус необычной свежести. Миссис Мур не имела ничего против «Кузины Кейт» или британского гимна, но их нота заглохла, растворившись в новых нотах, так же как запах коктейля и сигары уступил место аромату невидимых цветов. Когда на повороте дороги блеснула длинная, без купола, мечеть, миссис Мур воскликнула:

– О, вот она.

– Была там когда? – спросил сын.

– В антракте.

– Но, мама, ты не должна была этого делать.

– Теперь ты будешь решать, что я должна делать? – возмутилась миссис Мур.

– Нет, конечно, но в этой стране… Здесь никто этого не делает. Во-первых, тут есть змеи, по ночам они выползают из нор на дорогу.

– Ах да, мне об этом говорил и тот молодой человек.

– Звучит очень романтично, – вмешалась в разговор мисс Квестед, которая была без ума от миссис Мур и была бы рада совершить такую же маленькую эскападу.

– Я хотела рассказать вам, Адела, но разговор в Клубе шел не об этом, и я забыла. Знаете, моя память начинает сдавать.

– Он был красивый?

Миссис Мур помолчала, потом с чувством ответила:

– Очень красивый.

– Кто это был? – поинтересовался Ронни.

– Врач. Я не знаю его имени.

– Врач? Я не знаю в Чандрапуре ни одного молодого врача.

– Он небольшого роста, с маленькими усиками и живыми глазами. Он окликнул меня, когда я выходила из темной части мечети, и спросил, сняла ли я обувь. Так начался наш разговор. Он боялся, что я вошла в мечеть в туфлях, но я, по счастью, вспомнила, что перед входом в мечеть принято разуваться. Он рассказал мне о своих детях, а потом проводил меня до Клуба.

– Хотелось бы мне на него посмотреть. Я не могу понять, кто это.

– В Клуб он не вошел, сказал, что ему это не разрешено.

После этих слов его озарило, и он воскликнул:

– О господи! Он мусульманин? Почему ты сразу не сказала мне, что говорила с туземцем? Я же ничего не понял.

– Мусульманин! Как это великолепно! – не удержавшись, воскликнула мисс Квестед. – Ронни, как это характерно для твоей мамы! Мы говорим о том, что хорошо бы увидеть настоящую Индию, и тут приходит она и просто забывает, что только что ее видела.