Господа офицеры

Так называемые общественные идеи всего лишь ширма, скрывающая действительные цели.

– Вам придется мириться с этой ширмой, полковник. Другой в запасе у меня нет.

– Интересно, каким вы отсюда уедете. Если уедете вообще. Впрочем, бог с вами, оставим это. Итак, вы хотите в дело? В штаб? В санитарные отряды? Выбирайте: я обещал нашему другу, – он кивком указал на штабс-капитана, – что исполню ваше желание.

– Я приехал драться с турками.

– Вам случалось бывать в делах до этого?

– Нет.

– Хотите испытать храбрость?

– Хочу принести пользу.

– Нет, он положительно оригинал! – почти весело сказал Монтеверде Истомину.

– Поручик знает язык, – сказал Истомин, точно напоминая о чем-то уже оговоренном.

– Немного, – уточнил Олексин. – Мало практики.

– С практикой мы вам поможем. – Монтеверде опять неприятно усмехнулся и расстелил на столе большую, выполненную от руки схему. – Извольте смотреть. Делиград. – Карандаш изящно скользнул по схеме. – Турецкие позиции. Как видите, они пока еще на том берегу Моравы, но – пока.

В районе Рагавицы – Суповац позиции удерживает отдельный корпус Хорватовича. Третьего дня туда, к Хорватовичу, ушла русская батарея, но у нас нет уверенности, что она добралась до него: сербские беженцы уверяют, что турки где-то переправились через Мораву и таким образом отрезали Хорватовича. Хотите попытаться внести ясность в этот вопрос, поручик?

– Каким образом?

– Болгарские волонтеры вызвались добраться до Хорватовича.

– Отчаянные головорезы эти болгары, – сказал с дивана Истомин.

 – Они из отряда воеводы Цеко Петкова.

– Петков в Сербии? – удивился Олексин, еще в Москве немало слышавший о легендарном гайдуке.

– Нет, он где-то в Болгарии, а сюда прислал молодежь. Самых нетерпеливых.

– Нетерпеливому коню нужна хорошая узда, поручик, – сказал Монтеверде. – Возьметесь возглавить этот отряд? Задача: добраться до Хорватовича, ознакомить его с нашим планом единого удара в районе Алексинаца, узнать о судьбе русской батареи.

В дальнейшем действовать по его указаниям.

– Могу я взять с собой своего друга?

– Отвиновского? – спросил Истомин. – Странная дружба между русским офицером и польским инсургентом, вы не находите?

– Да пусть себе берет, – сказал Монтеверде. – Если согласны, ступайте знакомиться с отрядом, получайте оружие, ищите проводника – капитан вам поможет. Вечером прошу ко мне.

– Слушаюсь. – Гавриил щелкнул каблуками. – И благодарю.

Вышли вместе с Истоминым.