Как пингвины спасли Веронику

Сиденья расположены слишком близко друг к другу, но они привинчены к полу, так что ничего не поделаешь. Устраиваюсь поудобнее и отгораживаюсь от других ручной кладью. Так себе защита, конечно. Уже через пару минут семья из пяти человек с орущими детьми нарушает мои личные границы, расположившись чересчур близко.

– Я положила все лекарства и ватные тампоны в синюю сумочку с нижним бельем, – сообщает мне Эйлин. Она говорит слишком громко.

– Да-да, знаю.

В данный момент я не имею никакого желания говорить о лекарствах и тампонах.

Семья из пяти человек, услышав слова Эйлин, просто просияла от восторга.

Патрик смотрит на часы:

– Прошу прощения, но мне нужно поскорее бежать на автобус, иначе придется ждать следующего еще полтора часа. – Он робко смотрит на меня. – Тогда я прощаюсь с вами, бабуля.

– До свидания, Патрик.

Он подается вперед, будто собирается обнять меня, но, к счастью, все же не решается.

– Берегите себя. Гм… Пока! – прощается он и уходит.

Эйлин остается со мной до самой посадки.

Не может взять себя в руки и постоянно перечитывает мое расписание и пытается объяснить что-то, будто я слабоумная. Мы заплатили за то, что на каждом этапе меня будут встречать и помогать с багажом. Это была идея Эйлин.

– Если сможете, сообщите мне, что добрались в целости и сохранности, миссис Маккриди.

Киваю. Не хочу ее лишний раз волновать.

– Я пришлю тебе открытку, если это будет возможно.

– Или, может, попросите этого приятного мужчину Дитриха отправить мне письмо?

– Как скажешь.

– Ах, миссис Маккриди, вот бы и мне поехать с вами! Я спросила об этом Дуга, но он только рассмеялся в ответ. И сразу же напомнил мне, как я плохо переношу полеты.

– Я не хочу, чтобы ты ехала со мной, Эйлин, и совсем в этом не нуждаюсь, – ласково заверяю я.

– Прошу вас, позаботьтесь о себе, миссис Маккриди, ладно? – всхлипывает она.

Эйлин всегда раздувает из мухи слона.

Я уверенно смотрю вперед. Увидев Патрика в аэропорту, я приняла решение.

Я медленно и четко даю Эйлин наставления по поводу деревянной коробки. Ее лицо загорается любопытством, но вопросов она не задает.

– Я оставила тебе железную банку с тюльпанами на крышке и кое-что в конверте из плотной бумаги.

Моя помощница останется без работы на целых три недели, и я решила выплатить ей трехнедельное жалованье. А вместе с ним подарить банку ее любимого шоколадного печенья с маршмеллоу.

– А теперь, Эйлин, уверена, тебе есть чем заняться.