Золотой воскресник

* * *

Моя любимая

такая маленькая

я спутал ее с курицей

    Сергей Седов

* * *

В Доме творчества “Переделкино” поэт Иван Жданов сидит в холле с веселым молодым провинциалом, взъерошенные оба, с похмелья, на завтрак не пошли.

Я прохожу мимо, а Ваня:

– Поди-ка, поди-ка!

Я подхожу, он спрашивает:

– Кто написал “Трамвай «Желание»”?

– Теннесси Уильямс.

– Уильямс, Уильямс!

– А вы чего на завтрак-то не идете?

– Не хочется, – говорит Ваня. – Иди давай, иди!..

* * *

– Слушайте, вы такой мудрый на сцене, вы и в жизни просветленный? – спросила у Евгения Гришковца.

– Нет! Нет! – он ответил. – Вот стою на сцене – вроде бы и мудрость, и понимание, и доброта. А в жизни – скандалю, и кричу, и плачу, и обижаю всех. Эти вещи невзаимопроникаемы. Не смешиваются, и всё. Хоть плачь. Вот такой парадокс.

* * *

– Марина вобрала в себя лучших мужчин эпохи! – сказал Юрий Норштейн.

* * *

Отец Лев ждет меня около Театра Ермоловой. Там начинается спектакль по пьесе Теннесси Уильямса в переводе Виталия Вульфа.

Виталий Яковлевич выходит на улицу раз, другой, меня все нет, папа злится, я опаздываю на полчаса по техническим причинам, короче, наш культпоход не задался. Лев встречает меня разъяренный и произносит в великом гневе – чистым ямбом:

К чему привел богемный образ жизни —

Вне времени, пространства… и зарплаты!!!

* * *

Наш сеттер Лакки среди ночи попросился погулять. А я его научила – ночь, зима, неохота выходить на улицу! – справлять малую нужду на балконе в горшок.

Не зажигая света, Лёня вывел его на балкон.

– …Внезапно я увидел, – он рассказывал, потрясенный, – что лунный свет залил полбалкона! Что такое, подумал я? Почему тут отражается луна? И вдруг понял, что Лакки промазал мимо горшка.

* * *

– Уж если ты выходишь рано утром – так только на похороны… или на рожденье, – сказал мой сын Сергей.

– Уже, наверно, только на похороны…

– А между прочим, зря!

* * *

Александр Тимофеевский, автор многих поэтических книг, невероятно прославившийся песней крокодила Гены “Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам”, пожаловался мне в “Переделкино”:

– Раньше я сочинял стихи только на пути к своим друзьям, которые меня ждали.

А теперь этих домов нет – приходится сочинять по пути в магазин. И это получается гораздо хуже…

* * *

– В Голицыне, – рассказывает Наталья, жена Тимофеевского, – с Сашей подружился пес Тяпа.