Собрание сочинений в шести томах. Т. 5: Переводы. О переводах и переводчиках

Дай ему самую маленькую монетку,

легонький такой серебряный кружочек,

и он уже думает,

что ее подменили или подпилили,

потому что случай такой уже был.

И какая тут разница? ведь один и тот же

цвет у всякого серебра!

Все сумеем подменить, а это —

нипочем. То ли дело —

золотые солиды:

тысячи уловок есть, чтоб их подделывать.

Если чеканка одна и та же,

то попробуй-ка их различить!

Где на свете больше сходства,

чем между солидом и солидом?

Но и в золоте есть различия:

внешность, возраст, цвет лица,

известность, происхождение, вес, —

на все это смотрят у золота

внимательней, чем у человека.

Поэтому где золото, там все для нас.

Кверол этого раньше не знал;

но дурные люди портят хороших людей!

Вот уж мерзавец этот самый наш сосед Арбитр,

к которому я теперь иду!

Он пайки рабам убавил,

а работы свыше всякой меры требует.

Кабы мог, он бы и мерки завел другие

ради своей бесчестной выгоды.

И вот когда он, случайно или нарочно,

повстречает моего хозяина,

тут-то они вразумляют друг друга.

И все-таки, ей-ей, сказать по правде,

если уж надо выбирать,

то я выбираю своего.

Хоть какой он ни на есть, а по крайней мере

держит нас без скупости.

Да беда, что слишком часто дерется

и всегда кричит на нас.

Так пусть уж и того и другого

накажет бог!

А мы не так уж глупы и не так уж несчастны,

как некоторые думают.

Нас считают сонливцами

за то, что днем нас клонит ко сну:

но это потому бывает,

что мы зато по ночам не спим.

Днем наш брат храпит, но сразу

просыпается, как только все заснут.

Ночь, по-моему, самое лучшее,

что сделала природа для людей.

Ночь для нас – это день:

ночью все дела мы делаем.

Ночью баню мы принимаем,

хоть и предпочли бы днем;

моемся с мальчиками и девками —

чем не жизнь свободного?

Ламп мы зажигаем столько,

чтобы свету нам хватало,

а заметно бы не было.

Такую девку, какой хозяин

и в одежде не увидит,

я обнимаю голую:

щиплю за бока, треплю ей волосы,

подсаживаюсь, тискаю,

ласкаю ее, а она меня, —

не знавать такого хозяевам!

А самое главное в нашем счастье,

что нет меж нами зависти.

Все воруем, а никто не выдаст:

ни я тебя, ни ты меня.

Но следим за господами

и сторонимся господ:

у рабов и у служанок

здесь забота общая.

А вот плохо тем, у кого хозяева

до поздней ночи все не спят!

Убавляя ночь рабам,

вы жизнь им убавляете.