Фауст

Что духом тех веков слывет,

То, в сущности, дух самых тех господ,

А в нем века должны признать мы.

Тут больше грустного, чем срама.

Посмотришь, – жаль, что не бежал давно;

Помойное ведро, чулан для хлама,

И много что событие одно, –

С прекрасной прагматической максимой,

Ни с чем в устах у кукол несравнимой!

Вагнер

Однако мир и дух-то наш познать

Ведь каждого из нас прельщает.

Фауст

Да, что зовется познавать!

Кто вещи звать их именем дерзает?

Того, кто что-нибудь да знал

И сердцу в простоте душевной дав свободу,

Свои воззрения и чувства нес народу,

Народ же изгонял всегда, да распинал.

Любезный друг, прости, давно уж ночь,

Пора расстаться позднею порою.

Вагнер

А я не спать и доле бы не прочь,

Чтоб так учено толковать с тобою.

Но завтра, ради праздника Христова[34 - Праздник Воскресения Христова.],

Про то и се позволь спросить мне снова.

Ученый труд давно себе усвоя.

Хоть много знаю, – знать хотел бы все я.

(Уходит.)

Фауст

Как в голове надежда не проходит,

Когда иной пустому только рад,

Рукою жадно роет клад,

А дождевых червей находит!

Как смеет речь людская здесь звучать,

Где мощный дух сказался мне тревогой?

Но, ах! Спасибо, в этот раз сказать

Я должен и тебе, бедняк убогой.

Ты спас меня в ужасный этот миг,

Как я едва с рассудком не расстался.

Так исполински образ сей возник,

Что сам себе я карликом казался.

Я образ божества, когда

Перед зерцалом правды вечной

Я мнил, в отраде бесконечной

Стряхнуть земное навсегда;

Я, выше херувимских сил

Мечтавший всюду разливаться,

И творчески с небесными равняться, –

Как тяжело я должен рассчитаться!

Ты словно гром меня сразил.

С тобою мне равняться не пристало.

Хоть сил во мне призвать тебя достало,

Но удержать тебя не стало сил.

Я был в те чудные мгновенья

В душе так мал и так высок;

Ты вновь столкнул без сожаленья

Меня в людской неверный рок.

Кто скажет мне: куда стремить желанья?

За тем порывом, иль назад?

Ах! Наши действия, равно как и страданья

Ход нашей жизни тормозят.

К высокому, что в духе обретаем,

Все чуждое помалу пристает.

Когда земного блага достигаем,

Все лучшее мечтой у нас слывет.

Святые чувства жизненных стремлений

Коснеют средь житейских треволнений.

Хотя сперва, в порыве молодом,

Мечта рвалась взлететь над сферой звездной.