Лабиринт призраков

Хромая и хватаясь за стены, Алисия заковыляла к себе в комнату по длинному темному коридору. С двух сторон его обрамляли десятки запертых дверей пустовавших номеров. В такие вот мрачные вечера ее одолевали подозрения, что она осталась последней живой обитательницей этажа. При этом не покидало ощущение, будто за ней наблюдают. Порой, замирая в сумраке, Алиса словно ощущала кожей дыхание вечных жильцов отеля и прикосновение бестелесных пальцев к лицу. У дверей своего номера, расположенного в конце коридора, она помедлила, пытаясь справиться с дыханием.

Открыв дверь, Алисия не стала зажигать свет. Неоновые афиши кинотеатров и театров на Гран-Виа заливали комнату волнистым голубоватым маревом, подсвечивая сумерки и создавая атмосферу кинозала, где показывают цветной фильм. В кресле, спиной к двери, сидел человек. В его руке тлела сигарета, и спирали дыма сплетались в воздухе причудливыми арабесками.

– Я надеялся, что ты придешь ко мне на исходе вечера, – произнес Леандро.

Пошатываясь, Алисия добралась до кровати и рухнула на нее, полностью обессиленная.

– Приготовить тебе лекарство?

– Я ничего не хочу.

– Это форма искупления за грехи или ты получаешь удовольствие от напрасных страданий?

Он поднялся и подошел к ней:

– Позволь, я посмотрю.

Наклонившись, бесстрастно, как дипломированный врач, Леандро ощупал ее бедро.

– Когда ты кололась в последний раз?

– Сегодня днем. Десять миллиграммов.

– Ради такой дозы не следовало даже браться за шприц.

– Возможно, двадцать.

Он негромко выругался и направился в ванную комнату. Достав из аптечного шкафчика металлическую коробку, вернулся к Алисии. Присев на край кровати, Леандро открыл стерилизатор и принялся готовить инъекцию.

– Мне не нравится, когда ты ведешь себя так неосмотрительно.

– Это моя жизнь.

– Когда ты жестоко истязаешь себя, она становится и моей. Повернись.

Алисия зажмурилась и перекатилась на бок. Леандро поднял ей до пояса юбку, расстегнул пряжки ортопедического бандажа и снял его.

– От подобного зрелища мне еще хуже, чем тебе, – сказал Леандро.

Он надавил рукой на искалеченное бедро, прижимая к постели. Алисию сотрясала дрожь. Она глухо взвыла, когда Леандро воткнул иголку в зажившую рану, и тело ее напряглось, как натянутая струна. Он медленно вытянул иглу и бросил шприц на кровать.