Город Брежнев

Когда Витальтолич сказал «Так, меняемся», его снова подозвали от дверей. Игоревна привела Пал Саныча. Витальтолич закатил глаза, мотнул головой и вышел с ними в коридор. Теперь разговор был совсем тихим, и поначалу я мало что разбирал, но громкость быстро наросла.

– А я вас туда не посылала, – отчетливо сказала Игоревна.

Кто-то ответил незнакомым голосом:

– Вот жаль – много интересного пропустили. А вот я вас с удовольствием…

– Виталий Анатольевич, – резко сказал Пал Саныч, и я, обалдело переглянувшись с Генкой, понял, что он тоже не узнал голос нашего вожатого.

В коридоре снова перешли на невнятное бормотание, и снова порог слышимости первой перепрыгнула Игоревна:

– Они дети, и здесь не армия, и тем более не этот ваш отдельный парашютно-десантный. Здесь пионерский лагерь, это дети, и я как педагог не могу позволить…

– Да не позволяйте, пожалуйста, – сказал Витальтолич уже своим голосом, но будто передразнивая местный говор и, кажется, смеясь. – Мне по барабану, я ж как лучше хотел, мне же проще.

Только с «Зарницей» как бы сами тогда, раз мне с моим парашютно-десантным рылом в ваши педагогии… И когда нашим пацанам местные морды чистить начнуть, пусть за них тогда Ольга Игоревна пишется, а я молодой ишшо. А когда неместные их крошить начнуть, это не я буду виноват, а вы. И гробы цинковые вам, Ольга Игоревна, будут приходить – и вы про всякий двухсотый, пала, знайте, что это вы его так.

– Какой двухсотый? – спросила Игоревна растерянно, а Пал Саныч резко сказал:

– Виталий, всё.

– Всё так всё, – легко согласился Витальтолич.

Через секунду он вошел в спортзал и сказал:

– Всё, пацаны. Тренировка окончена. Переодевайтесь, маты собирайте, Ольга Игоревна подскажеть, куда их совать. Без меня, у меня как бы дела.

– Витальтолич, а как же… – жалобно начал рыжий салапендрик.

– Всё! – повторил Витальтолич, вскидывая растопыренные пятерни, и засмеялся. Потом крутнул вертушку, с грохотом засадил пяткой в стену – по залу стукнуло двойное эхо – и выскочил прочь, не обращая внимания на Пал Саныча, который дважды его окликнул.

Вовка ругнулся, остальные уныло переглядывались. В спортзал нерешительно вступили Ольга Игоревна и Пал Саныч. Вовка подковырнул соседний мат, дернул и поднял его, едва не опрокинув рыжего гвоздика, в тишине подволок к директору с воспитателем и деловито спросил:

– Ольга Игоревна, маты куда совать?

Ольга Игоревна молча покачала головой и удалилась. Пал Саныч сухо сказал:

– Оставь где был.