Город Брежнев

Вован прокрался к двери и тут же отступил, моргая нам всем лицом и, кажется, даже ушами, потому что Валерик сказал непонятным голосом:

– И весь третий отряд?

– Ну.

– На всю вторую смену? Потому что если они у меня останутся, я им…

– На всю, на всю.

– А через Пашу это как?..

– Сам все сделаю, не дергайся.

– А кто мне газету рисовать будет?

– Вот ты… – сказал со смехом Витальтолич, а кто именно «ты», мы не услышали, слово утонуло в смехе, и следующая фраза тоже.

– Ты чего добренький такой сегодня? – настороженно спросил Валерик.

– Да я всегда добренький, ты просто не замечаешь.

– А Маринка… – вдруг сказал Валерик другим тоном и еще что-то добавил, а Витальтолич назвал его шизиком, но почему – мы не услышали.

Валерик что-то пробурчал, Витальтолич ответил в тон, они оба теперь засмеялись. Смешно им, конечно. А мы тут гусиками всю ночь сиди и жди, чего с нами сделают.

Дверь отворилась, вошли оба вожатых, все еще посмеиваясь, и не сразу, потому что по-клоунски уступали дорогу друг другу.

– Орлы, слушай мою команду. Встать и лечь. Отбой. Еще кто сегодня вякнет – будет с вашим новым вожатым разбираться.

Народ взвыл радостно и удивленно, будто не в курсе до сих пор.

– Прошу вот любить и жаловать, новый вожатый третьего отряда Соловьев Виталий Анатольевич. Ну и, стало быть, у сборного отряда на пересменку тоже он вожатый.

– А вы, Валерий Николаевич? – меланхолично спросил Генка.

– А я, значит, в первый отряд, рокировка такая.

– Класс, – сказал Генка все так же меланхолично.

Вован с Серым заржали. Валерик явно обиделся, но виду не подал. Он повернулся к Витальтоличу и предложил:

– Ну что, вахту сдал. Командуйте, Виталий Анатольевич.

– Вахту принял. А что командовать, Валерий Николаевич, вы же все сказали – спать и не вякать. Подписуюсь.

Валерик сделал многозначительное лицо, и Витальтолич спохватился:

– Ах да. Первый и третий отряды как бы образуют дружественную коалицию…

– Против второго? – совсем уже флегматично уточнил Генка.

– Против кого – решим. Пока решаем, за кого. Друг за друга, значит. Соответственно, наш отряд, то есть первый, помогает нашему, в смысле третьему, э-э, готовить День Нептуна, а мы им помогаем со стенгазетой и так далее. Согласны?

Вован пожал плечами, Серый задергался на кровати как припадочный. Он, по-моему, вообще мало что соображал, потому что из последних сил сдерживал вопль ликования по случаю смены вожатого.