Вот так мы теперь живем

Если выбирать только по наружности, даже София Лонгстафф была бы лучше. Другого могла бы тронуть искренность, с которой Мари разом смеялась и плакала, но только не сэра Феликса. Они гуляли среди кустов довольно далеко от дома, и никто их не видел, так что он по обязанности обнял Мари за талию и поцеловал.

– Ах, Феликс, – проговорила она, подставляя ему лицо, – меня еще никто не целовал.

Он не поверил, да его это и не занимало.

– Скажи, что будешь добр ко мне, Феликс. Я обещаю быть доброй к тебе.

– Конечно буду.

– Мужчины не всегда добры к женам. Папенька часто очень крут с маменькой.

– Полагаю, у него тяжелый характер?

– Да, хотя меня он нечасто бранит. Не знаю, что он скажет, когда мы ему откроемся.

– Но он же намерен выдать тебя замуж?

– Он хотел выдать меня за лорда Ниддердейла и лорда Грасслока, но я их обоих ненавижу. Думаю, сейчас он опять хочет выдать меня за лорда Ниддердейла. Он сам так не говорит, но сказала маменька. Однако я никогда не соглашусь. Никогда!

– Надеюсь, Мари.

– Не бойся ни чуточки. Я не выйду за него даже под угрозой смерти. Я ненавижу его… и так люблю тебя! – Она всей тяжестью повисла на руке сэра Феликса и снова заглянула в его прекрасное лицо. – Ты поговоришь с папенькой?

– Лучший ли это способ?

– Да, наверное. А какой еще есть?

– Может быть, мадам Мельмотт…

– О нет. Ее не уговорить. Она боится его как огня. Гораздо сильнее, чем я. Мне казалось, это всегда делает джентльмен.

– Конечно, я пойду к нему, – сказал сэр Феликс. – Я его не боюсь.

– Я очень рада.

– Он только недавно назначил меня директором одной из своих компаний.

– Правда? Может быть, он захочет видеть тебя своим зятем.

– Кто знает? Тут не угадаешь.

– Надеюсь, что захочет. Я бы хотела, чтобы ты стал его зятем. Надеюсь, я ничего неправильного не говорю. Ах, Феликс, скажи, что любишь меня.

Она снова подняла к нему лицо.

– Конечно, я тебя люблю, – ответил он, про себя думая, что сейчас ее целовать не обязательно.

– Сейчас он в хорошем настроении, – сказала Мари.

– Но я не сумею застать его одного. Не дело говорить об этом здесь.

– Правда?

– В деревне, в чужом доме – конечно нет. Расскажем ли мы мадам Мельмотт?

– Да, я скажу маменьке, но она не станет с ним говорить. Маменька не очень меня любит. Я все расскажу тебе в другой раз.