Пальмы, солнце, алый снег

И когда сюда ехала, думала над купюрами. Как рассказать – да не все. Чтоб, не дай бог, вы меня в обидчицы-гадины не записали… А сейчас решила: слушайте все. Все, как есть. Потому что с вами, так сказать, с сильным полом, – снова гневный взгляд в сторону мужчин, – по-хорошему просто нельзя.

Александра, кандидат наук и лауреат многочисленных конкурсов

Она очень старалась учиться, но все равно институт запомнился вечным кошмаром.

Александра всегда, даже после ночных посиделок с однокурсниками, спешила к первой паре.

Занимала самое удобное, ближе к кафедре место. Добросовестно записывала за лектором и даже кивала, когда взгляд преподавателя останавливался на ней. Казалось бы, примерной студентке и карты в руки. Ан нет.

После занятий, еще в метро, по дороге домой, она открывала свежезаписанные лекции и в ужасе осознавала, что ничего, почти ничего в них не понимает! Точнее, так: вот эта формула ясна и вот эта – понятна, но к чему они здесь? Зачем? И что доказывают?!

Папа, правда, утешал: «Я в институте тоже лекции чисто механически записывал.

Не вникая. А потом уже разбирался». Но беда-то в том, что у нее и после лекций, в спокойной, домашней обстановке – и то разобраться не получалось. Приходилось сверяться с учебниками, заткнув гордость в карман, звонить однокурсницам или просить, чтоб помог, брата Артема.

Он, в отличие от легкомысленных однокурсниц, помогал ей всегда. И объяснял, не чета многим институтским преподам, легко и толково. Какое-то заветное слово, что ли, знал – только что была тетрадка с непонятными иероглифами, и вдруг, будто волшебной палочкой взмахнули, ряды бессмысленных формул обратились в стройную и логичную картину… «Почему так? – гадала Саша.

 – Преподов – не понимаю, зато брата – всегда. Учил бы меня только он…»

Но учить ее на постоянной основе Артему, конечно же, было не с руки – собственных дел хватало. Да и человеком он был дрянным, хоть и преподаватель от бога. Просто объяснить, а потом выслушать горячую благодарность сестры не умел. Обязательно нужно было оттянуться на ней во всю мощь отвратительного характера:

– Послушай, амеба, ты что – совсем тупая? Это ведь настолько элементарно! Даже высшей математикой не назовешь, так, школьная алгебра!.

.

– Тебе, может, и алгебра, а я никак понять не могу… – всхлипывала сестра.

– Так ты тогда лучше в текстильное ПТУ переводись! На швею – вот он, твой максимум. Ну а я, так и быть, швейную мастерскую тебе куплю. Будешь как Вера Павловна из «Что делать?».