Общага-на-Крови

Ты, безусловно, станешь жить нелегалом. И вот тебе вопрос: где? Есть вариант: в комнате у Нелли с Лёлей. Это значит, что через неделю тебя выловит бабка Юлька, доблестный вахтёр, и всей комнате будет за это непоселение на будущий год.

– Не ссы, не буду я там жить, – раздражённо сказал Ванька. – И без вас найду где…

Игорь обомлел.

– Ты, Иван, за кого, интересно знать, нас считаешь? Да это же свинство чистой воды, Иван…

Игорь поднялся, сдёрнул со спинки стула свои брюки и, повернувшись к Ваньке спиной, принялся натягивать их, прыгая на одной ноге.

– Блядь! – в сердцах выругался он. – Ладно, простите меня. Игорёха, слышь?.. Не люблю я этих бесед за жисть… Давайте конструктивно поговорим. И сигаретой угости.

Игорь, стоя спиной к Ваньке и отдуваясь, застегнул ширинку, ремень, достал из кармана пачку сигарет и бросил на стол.

– Не злись, Игорь, – попросил и Отличник.

– Зачем ты его жалеешь, Отличник? – спросил Игорь, всё ещё не глядя на Ваньку.

– Ну хватит, Игорёха, – глядя на него из-под бровей, сказал Ванька. – Полаялись, и будет. Скажи лучше, чего я должен сделать?

Игорь надел рубашку, сел на койку, тоже закурил и сказал:

– Во-первых, ты должен уговорить Гапонова, чтобы он тебя не выселял.

– Это как два пальца обоссать, – прокомментировал Ванька.

– Во-вторых, пообещать Ботовой, что прекращаешь пьянку.

– Лучше ублажи её, – скромно посоветовал Ванька.

– Твои остроты, Иван, очень часто отличаются отсутствием ума, юмора и такта, – холодно заметил Игорь.

– Ладно, замяли, – тут же согласился Ванька.

– А зачем заминать, Иван? У тебя излюбленная тактика – не выяснять отношений.

– А на хрена нужны эти гнилые разборки?

– Эти, как ты выразился, Иван, гнилые разборки нужны, чтобы лучше понять друг друга.

– Ты чутьём понять попробуй, а не лезь в душу.

– Я не лезу в душу, Иван. Я не вор. Я прошу разрешения войти. И всё-таки ответь на мой вопрос: почему ты пьёшь?

– Станция «Березай», приехали, вылезай! – с досадой сказал Ванька.

– Лёля думает, что ты… – начал было Отличник.

– Да заколебала Лёлька меня своей простотой! – разозлился Ванька.