Ана, несовременный роман

– Вы в самом деле думаете, если я начну рассказывать, вас надолго хватит, да? Если я действительно…

– По крайней мере, я постараюсь понять, а если не пойму, попрошу еще раз объяснить. Это лучше, чем замыкаться. Чувствовать себя безнадежно гордым и непонятым. Безнадежно.

Музыкант на секунду задумался – Ана попала в точку, которую он сам в себе не мог обойти. Еще две-три гримасы промелькнули на его лице, и резкость черт стала опадать.

– Хорошо, я попробую.

Он хотел продолжить, но тут долго молчавшая Менегерша перехватила слово.

– Милочка, я как бы вынуждена вас прервать. Вы ж и сами видите, что сейчас начнется. Вы, милая, и не заметите, как лимит времени тю-тю. Это только кажется – слово-другое. А на самом-то деле это, как бы, бесполезная трата. Так что теперь решайте: или берете этот номер, или, что называется, продолжим знакомство.

Ана посмотрела на нее, как на врага, и повернулась к микрофону.

– Мы обязательно поговорим с вами чуть позже, мне надо уладить некоторые детали.

Менегерша посмотрела на нее с любопытством, показывая, что раздражение клиентуры ей не впервой, а просчитать заранее все Анины шаги – и вовсе дело плевое.

Оборотив нагловатую улыбку к среднему креслу, она стала ждать выяснения деталей, отчего Ана опять чуть не взорвалась.

– Вы мне все-таки объясните про лимит времени и про то, как долго я могу разговаривать с человеком, – злость в Анином голосе постепенно затихала.

И тут очень вовремя появился закамуфлированный Игорек с подносом. Менегерша обернулась к нему и приняла две чашки кофе и две небольшие рюмки коньяка.

Поболтав в своей чашке ложечкой, она сочувственно вздохнула.

– Вы, милочка, ознакомились с нашими расценками? К приглашению были приложены. Да? Так вот. – Теперь на опер-мордочке появилось двойное чувство заботы. – В ваших, знаете, интересах не тратить много времени на каждый номер. Задали пару вопросов и ладно, и дальше пойдем. А после уж сами разберетесь, кто по душе, кто по сердцу. Может, и на второй сеанс придете. Кстати, на второй мы трицти-процентную-скидку…

Пока Ана слушала, она еще раз успела остыть и взорваться.

И снова остыть. Как ни странно, слова Менегерши ее убедили. Только в чем – непонятно. Ана помолчала секунду и наклонила голову в знак согласия.

– Вот, милочка, вот, – заулыбалась Менегерша, но ее улыбочка с зубами уже столько раз мелькала, что никак не действовала. Ана откинулась в кресле и закрыла глаза – делайте, что хотите.

Менегерша еще раз довольно хрюкнула.