Ана, несовременный роман

Собственно, это слово редко идет к худым фигурам, но количество пузырей на одежде было так велико, что видно было, как тощее тело прячется в просторный мешок.

Ана на новенького посмотрела внимательнее – несмотря на его желание быть большим и сильным, слабость была видна. Да еще неопрятность одежды и длинных, небрежно откинутых назад волос, давала повод для внимания и понятной женской тяги выстирать и выгладить. Да и не просто было сказать, к какому типу принадлежал двадцатый: не мужик, не мужичок, пол явно мужской, а лицо – не двадцатого века.

– Кто он? – спросила Ана.

– Вабще-то, знаете, точную информацию лучше прямо у экземпляра. Вы за подробностями не сисняйтесь, сами спрашивайте. – Менегерша, чуть потянувшись, повернула другой микрофон, чтобы Ане удобно было говорить.

– Кто вы? – Ана произнесла это совсем глухо, опять не узнала свой голос.

– Кто я? Человек я! – худая фигура откинулась на спинку и изобразила полное равнодушие, отчего стала еще беззащитнее.

Ана подумала над ответом и чуть обиделась. Ее уже утомил этот бордель супер люкс, оставался только мелкий страх показаться несмелой, да и любопытство. Оттого она дернулась, но не стала ничего волнительного изображать: ни вскакивать, ни возмущаться. И уйти без слов тоже раздумала.

– Я понимаю, что вы человек. Вы могли бы просто о себе рассказать?

Фигура нервным движением откинула волосы назад, хотя этого можно было не делать.

– Вам хочется просто? Откровения, да? Ну да, извольте.

– Вы любите музыку?

– Глупый вопрос! Это вы, может, любите музыку. А я! Да вам все равно не понять.

Его рваные слова и паузы еще раз задели Ану.

– Почему вы так злитесь? Вы меня совсем не знаете.

– Ну да, вас не знаю. Мне как-то других хватает. Насмотрелся, да и наслушался. И к большому сожалению, никого еще не встречал, кто бы хоть что понимал. Этого достаточно? Вам?

Ана успокоилась, она умела успокаиваться, когда видела, что человек хамит от слабости.

– Спасибо. Вы действительно знаете то, что другие могут не знать. Но вы попробуйте рассказать, может, и я что-то пойму?

Музыкант передернул худыми плечами. Видно, он был не злой, хоть и обозленный.