Божественная комедия. Самая полная версия

19 Как псы там воют души в грязной яме:

Спасая бок один, другим не раз

Перевернутся с горькими слезами.

22 Червь исполинский, лишь завидел нас,

Клыкастые три пасти вдруг разинул;

От бешенства все члены он потряс.

25 Тогда мой вождь персты свои раздвинул,

Схватил земли и смрадной грязи ком

В зев ненасытный полной горстью кинул.

28 Как пес голодный воет и потом

Стихает, стиснув кость зубами злыми,

И давится и борется с врагом, —

31 Так, сжав добычу челюстьми тройными,

Сей Цербер-бес столь яростно взревел,

Что грешники желали б быть глухими.

34 Чрез сонм теней, над коим дождь шумел,

Мы шли, и молча ноги поставляли

На призрак их, имевший образ тел.

37 Простертые, все на земле лежали;

Один лишь дух привстал и сел, сквозь сон

Узрев, что мимо путь свой мы держали.

40 «О ты, ведомый в бездну, – молвил он, —

Узнай меня, коль не забыл в разлуке:

Ты создан прежде, чем я погублён».

43 И я: «Твой лик так исказили муки,

Что ты исчез из памяти моей

И слов твоих мне незнакомы звуки.

46 Скажи ж, кто ты, гнетомый мукой сей,

Хоть, может быть, не самою ужасной,

Но чья же казнь презреннее твоей?»

49 И он: «Твой град, полн зависти опасной, —

Сосуд, готовый литься чрез край, —

Меня в себе лелеял в жизни ясной.

52 У вас, гражда?н, Чиакком прозван я:

За гнусный грех обжорства, в низкой доле,

Ты видишь, ливень здесь крушит меня.

55 И, злая тень, я не одна в сем поле;

Но та же казнь здесь скопищу всему

За грех подобный!» – И ни слова боле.

58 «До слез, Чиакко, – я сказал ему, —

Растроган я твоим страданьем в аде;

Но, если знаешь, возвести: к чему

«До слез, Чиакко, – я сказал ему, —

Растроган я твоим страданьем в аде…»

61 Дойдут гражда?не в раздроблённом граде?

Кто прав из них? скажи причину нам,

Как партии досель в таком разладе?»

64 A он в ответ: «По долгим распрям там

Дойдут до крови: партия лесная,

Изгнав другую, навлечет ей срам.

67 Но чрез три солнца победит другая,

Изгнав лесных при помощи того,

Что лавиру?ет, берег обгибая.

70 Чело подняв до неба самого,

Они врагу тяжелый гнет предпишут,

Хоть негодуй, хоть плачь он оттого.

73 Два правых там, но сло?ва их не слышат:

Гордыня, зависть, скупость – это три

Те искры, ими же сердца там пышат».