Бойтесь данайцев, дары приносящих

Все они тогда были друг для друга Юрками, Лешками, Гришками, Вальками, Галками. Но он и тогда был лучшим: самым веселым, красивым, компанейским, заводным. А может, на него тогда уже лег солнечный отсвет его всемирной славы, и это приподнимало его над другими? Так или иначе, он и впрямь был номер один. И как жалко, что он был женат. И строгие, более чем монашеские нормы первого отряда никогда бы не позволили ему уйти из семьи. А увести его хотели бы многие – ясный, умный, заводной, веселый и бесстрашный – он был образцом настоящего советского парня.

Слезы подкатили к горлу, выступили на глазах, едва не полились по щекам. Прохожие с удивлением оборачивались на нее: стоит бабка, стройная, хорошо одетая, на провинциалку не похожая, пялится на памятник и едва не плачет. Нет, нет, надо прекратить эту мерехлюндию и влиться в бодрый столичный ритм, помчаться по своим делам – тем более ноги пока носят, сердце бьется ровно. И даже на вышеупомянутую йогу она трижды в неделю в близлежащий спортклуб ходит – правда, перевернутые асаны больше не делает.

Как там они балагурили пятьдесят лет назад в Звездном городке (который тогда еще не назывался Звездным): «Почему нас отбирали – по здоровью, а спрашивают теперь по уму?» Шутку, кажется, он и пустил в оборот – Юра Самый Первый.

Зазвонил мобильный телефон. Пока она порылась в сумочке, пока нашла, достала – он перестал верещать. Галя чертыхнулась. Все-таки годы сказываются – быстродействие уже не то. Да и сноровки обращаться с гаджетами недостает.

Пока пожилая женщина, достав очки, пыталась рассмотреть на определителе номер абонента, сотовый зазвонил снова. Она схватила трубку. Раздался знакомый голос: «Алло!» Бывший муж Владислав Дмитриевич Иноземцев. Она рявкнула в трубку:

– Это ты сейчас звонил?

Он почти испуганно пробормотал: «Ну, я».

– А чего так быстро отбиваешься?

– Ты не отвечала, а потом прервалось. Извини.

– Ладно, черт с ним. Чего ты звонишь? Говори.

– Ты не слышала?

– Чего?

– Лерка Кудимова умерла.

1961 год.

Полигон Тюратам (космодром Байконур).

Владислав Иноземцев

Весь шестьдесят первый год Владислав Иноземцев провел на полигоне.

Тогда никто не называл это место Байконуром. Все, кто был допущен, именовали его «полигоном», или «технической позицией», или, сокращенно, «ТП». А вся остальная страна и весь мир не имели права даже догадываться – и не догадывались! – откуда это русские раз за разом пуляют к звездам космическими ракетами.