Торжество смерти

Он протянул руку, но Джиорджио не вынул своей руки из-под одеяла. Экзили повернулся к двери.

– У тебя прелестный ликер. Я выпью еще рюмочку.

Он выпил и ушел. Джиорджио остался в постели, отравленный ядом злобы и сомнений.

3

Второго апреля должна была наступить вторая годовщина.

– Надо отпраздновать ее где-нибудь вне Рима, – сказала Ипполита. – Мы проведем целую неделю, полную любви, совсем одни где бы то ни было, но только не здесь.

– Помнишь нашу первую годовщину в прошлом году? – спросил Джиорджио.

– Помню.

– Это было на Пасху, в воскресенье на Пасхальной неделе.

– Я пришла к тебе утром в десять…

– На тебе была английская жакетка, которая мне так нравилась. А в руках ты держала молитвенник.

– Я не была в церкви в это утро!

– Но, тем не менее ты страшно торопилась…

– Я без малого убежала тогда из дому. Знаешь, по праздникам меня никогда не оставляли одну. И все-таки я оставалась с тобой до полудня. В тот день у нас были гости к завтраку.

– После того мы целый день не виделись.

Это была печальная годовщина.

– Это правда.

– А как чудно светило солнце!

– И сколько цветов было у тебя в комнате!

– Я тоже рано вышел из дому и купил, кажется, все, что было на площади Испании…

– Ты забросал меня лепестками роз; они попали мне даже за шею и в рукава, помнишь?

– Помню.

– Потом, когда я раздевалась дома, я нашла их все. Она улыбнулась.

– Когда я вернулась домой, мой муж заметил один лепесток на моей шляпе в складке кружев.

– Да, ты рассказывала мне.

– Я не выходила из дому в тот день; мне не хотелось. Я все думала и думала. Да, это была печальная годовщина.

Некоторое время она в раздумье молчала, потом спросила:

– Думал ли ты в глубине души, что мы дойдем до второй годовщины?

– Нет, не думал.

– И я тоже нет.

«Вот какова любовь! – подумал Джиорджио. – Она заключает в себе предчувствие своего конца. – Он вспомнил мужа Ипполиты, о котором она только что упомянула, но он относился к нему без малейшей ненависти, а скорее добродушно и даже с некоторым состраданием.

 – Она свободна теперь, но почему я теперь беспокоюсь более прежнего? Ее муж служил для меня чем-то вроде страхования. Мне казалось, что он оберегает мою любовницу от опасности. Может быть, я и ошибаюсь. Я и тогда много страдал, но пережитые страдания кажутся всегда слабее настоящих». Занятый своими мыслями, он не слышал слов Ипполиты.

– Итак, куда же мы поедем? Надо решать, завтра первое апреля.