Септаккорд – другой мир

И было так.

Напряженный бой, что измотал молодое тело и душу все же не смог уничтожить удивительное для этого вида чувство благородства. Преподнеся на коленях послание правителю Некки, он в беспамятстве влюбился в принцессу Ноноке. Она же, хоть и была горда подобно старейшему древу, ответила взаимностью. И было так.

Многомиллионный прием, что исчислялся километрами хмельных напитков открыл самую пышную свадебную церемонию, что видел когда-либо свет. Тысячи блюд, веселье от самого низа среди живущих до богатейших и могучих – все в тот день были равны.

Молодые, что так не похожи словно камень и прекрасная лебедь искрились от всепоглощающего на зависть всем счастья. И было так.

В самый пик празднества, когда молодую жену на руках уносил в закрытые покои муж под многочисленные свисты толпы, раздался жуткий протяжный гром. Молния, ударившая словно из ниоткуда открыла портал. На черном огромном скорпионе всадником вышел ящероподобный в золотой мантии с длинным плащом. То был правитель Токаге.

Предъявив требования к правителям остальных миров о запрете в объединении, он потребовал отдать ему Свиток Правды. Отказ, что последовал незамедлительно от императора Некки, к удивлению не привел к явным разногласиям. Молча удалившись в неизвестность нежданный гость закрыл за собой пространственный переход. И было так.

И шли года вереницей славных дней. Содержимое Свистка Правды усердно охранялось Высшим Советом миров, за исключением вида Токаге. Наложен был запрет на малейшие разглашение хоть кому-нибудь из их народа.

Правитель Токаге был против объединения миров, считая свой народ выше и чище всех существующих в межпланетных измерениях. Тем самым начало холодной войны было положено.

Родившийся на свет наследный принц являлся копией отца своего. Народ Некки был недоволен будущим правителем, требуя от императора избрать иного наследника. Негоже ящеру управлять божественными некки, считали они. Дайсориуз, хоть и утешаемый любимой женой, все же не мог принять столь враждебно настроенный к нему народ.

Вся суть единения была подорвана двумя столь непохожими видами.

И стал Дайсориуз прислушиваться к своему родному миру, что так неистово нашептывал во снах о невозможности столько противоречивого союза. Как не пыталась прекраснейшая Ноноке переубедить мужа, он все же принял решение покинуть чужие ему земли. В попытках спрятать от суженного сына, Ноноке обратилась к отцу.