Первый Феникс

Он улыбнулся и подошел на шаг ближе, направив на полковника указательный палец:

– Четыре года назад. – Он сухо рассмеялся. – Ты же охотился в моем университете, помнишь?

Презрение в глазах уступило место чернеющей ненависти. Он сделал два шага в направлении парня и, оказавшись практически вплотную к нему, процедил сквозь зубы:

– А ты как думаешь?

Его голос звучал так же, как в день их первой встречи, – сотканный из желания уничтожить и сожаления от невозможности этого сделать. О, конечно, он помнил его.

Он вдруг понял, почему ему не удалось занять иную должность в огромном Форте. Главы всех пяти с лишним сотен отделов качали головами, стараясь не смотреть на него, и сообщали, что им он не подходит. Хотя он годился для того, чтобы занять даже их собственные места.

То, чего раньше он не замечал из-за злости и досады, было обыкновенным страхом. Ему неуверенно предлагали войти в штат сотрудников, чтобы позже, при появлении вакансий (которых было предостаточно), он обладал преимуществом против соискателей со стороны.

– Думаю, что да.

– Какой умничка, – презрительно процедил Вася.

Он развернулся, вновь надев маску абсолютного спокойствия.

– Ты восемь раз подавал заявку в охотничий отдел. – Василий бродил по комнате, словно акула, медленно сужая круги вокруг добычи.

– Потому что это скучно, – равнодушно бросил Юра, поймав на себе изумленный взгляд Глеба. – Фениксов столько лет не было.

Глеб фыркнул, а Василий насмешливо взглянул на него:

– Все еще так думаешь?

Юра переводил взгляд с полковника на майора и обратно. Один глядел на него с откровенным сарказмом, как бы говоря «да неужели?», второй будто смотрел на маленького несмышленого ребенка.

– Фениксы не пропадали? – догадался он.

– На глазах умнеешь. Добро пожаловать. – Он с силой швырнул коробку в парня, тот легко ее поймал. – Завтра в пять.

Глеб кивнул, а глава охотничьего отряда ровным быстрым шагом вышел из комнаты. Они услышали, как прапорщики, стоявшие у входа в палату, еще раз поприветствовали полковника, после чего дверь тихо закрылась, чуть скрипнув старыми петлями.

Юра нетерпеливо открыл коробку, дыхнувшую на него крахмальной пылью.