Дракон вредный, подвид мстительный

Только монстр в личине смазливого бабника не пустил, прошипел злобно:

– Ты тут совсем ополоумела?

Я дёрнулась, попыталась перевернуться на спину, и мне даже позволили.

– Августа! – рявкнул лже-Элвин, продолжая прижимать своей тушей к полу.

– Убью, – решительно пообещала я.

Оружия не было. Даже какого-нибудь завалящего камня под рукой не нашлось. Но я смотрела в разъярённые изумрудного цвета глаза и вспоминала рассуждения братьев о том, что если на эти самые глаза как следует надавить, то случится болевой шок, и…

– Августа! – рявкнул тем временем монстр.

И тут меня таки посетила гениальная мысль.

Мои руки были свободными, их никто не фиксировал. Они ловко скользнули вдоль мужского тела, прошлись по талии и устремились к бёдрам – в хмуром взгляде Эрвина мелькнул заинтересованный огонёк.

Ну а я нащупала на поясе нападающего кинжал! Выхватила его и, замахнувшись, ударила чудовище тяжёлой рукояткой. Целилась в висок, но попала чуть выше, просто в голову.

Вот же паучище. Кто бы мог подумать, что у монстров настолько бурная фантазия? И какое поразительное знание человеческой анатомии! Откуда, спрашивается? И где он научился так заковыристо все эти вопиющие слова совмещать?

– Идиотка! – этот вопль был самым приличным.

Одно плохо – удар оказался недостаточным, Эрвин не умер, а разозлился. Он навалился сильнее, перехватил мои руки, и… тут подумалось, что что-то в этой ситуации не то.

Лабиринт точно брал образы из моей головы, вероятно он даже считал их через те капли крови. Дор, Дин, родители, Эстера – все плюс-минус соответствовали моим воспоминаниям и представлениям.

Эрвин тоже совпадал, по крайней мере внешне. Но эта брань… я не знала большинства произнесённых «эр Форсом» слов.

Стало неуютно, нервно и неудобно. Выждав момент, когда мужчина перестанет плеваться ядом, я осторожно спросила:

– Лорд Эрвин? Вы?

– А кто же ещё? – рыкнул он.

Миг. Воплощённый вскочил и рывком вздёрнул меня на ноги. Посмотрел взбешённо, потёр голову. Потом наклонился, подхватил выпавший из моих рук кинжал и рявкнул:

– Вот зачем я тебя спасаю?

Вопрос был риторическим, и ответ, который здесь подразумевался, мне не нравился.

До меня очень медленно доходило, что к человекоподобным существам с пауком вместо головы Эрвин отношения не имеет.