Здравствуйте, я ваш домработник!

Можно подумать, обнищают они с Владом из-за этой премии! Я в очередной раз ушёл от удара и в прыжке задел ногой его плечо. Думал, буду ему поддаваться, что ли? Да я с семи лет на тренировках и соревнованиях, у отца дома полстены в моей бывшей комнате моими медалями увешаны. Ден тоже занимался, но не всерьёз, больше за компанию, хотя от обычных хулиганов отобьётся, конечно. Зря он сейчас встал со мной тренироваться, реакция у Дена после ночной пьянки не та. Пусть скажет спасибо, что я бил в плечо, а не в нос, а то Ден бы кровью умылся.

"Спасибо", правда, он мне говорить не собирался. В раздевалке какое-то время отмалчивался, хмурился. Я, посмеиваясь, переоделся, взял спортивную сумку и повернулся к Дену:

– Ну что, ты идёшь?

На улице мой друг детства продолжил ворчать:

– Тебе всегда всё легко доставалось, ты у Вадима Михайловича за спиной как у Христа за пазухой. Поездки на чемпионаты – пожалуйста, все лучшие репетиторы у тебя, в универ тебе поступить на бюджет помогли. Девки, какую ни захочешь, – все твои.

И кто бы тебя ещё взял руководителем отдела продаж, кроме твоего отца?

Вот это его прорвало! Видимо, долго копил претензии к моему происхождению. В универ на бюджетное место я, кстати, сам поступил. Какой смысл был мне в этом "помогать"? Плата за обучение для моих родителей стала бы мелочью, каплей в море. И опять-таки было бы из-за чего сейчас распаляться! Ден тоже учился бесплатно на одном курсе со мной.

Хотя я хорошо знаю это его состояние, когда Ден начинает цепляться ко всем подряд из-за ерунды и нарываться на ссору.

Пить ему ночью на нашем корпортативе меньше надо было, только и всего. А лучше вообще не употреблять спиртное: знает же, что потом начнёт дурить. Проверено неоднократно.

– Ты сейчас что хочешь? – я хмыкнул. – Чтобы я с должности ушёл? Или чтобы пожалел, что в своей семье родился? Так не получится, меня всё устраивает.

– Да не в семье дело! – Ден повысил голос. – Ты ко всем относишься так, будто тебе что-то должны.

Как будто мир вращается вокруг тебя! А большинство тебя терпит только из-за твоего отца и из-за бабок. И если я тебе этого не скажу, то больше никто не скажет.

– Серьёзно? – я остановился и с интересом посмотрел на покрасневшего Дена. – А ты из-за чего терпишь – из-за моего отца или из-за денег?

– Я, может быть, единственный друг, какой у тебя есть, – буркнул Ден.

– Ну вот, – я кивнул. – Я тебе могу как другу сказать, что кое-кто меня даже любит.