Сквозь время. Роман-фэнтези

Испугавшись чего-то, обезумевшее животное поднялось на дыбы, и мы оба кубарем полетели на землю. Падая, я больно ударилась, но, к счастью ничего себе не сломала, а потом услышала удаляющийся конский топот…

Вокруг была тьма кромешная. Такая, что ничего не было видно даже на расстоянии вытянутой руки. Было тихо. Даже слишком. Позвав Адамантине по имени, я услышала в ответ лишь сдавленный стон. Парень лежал лицом вниз, неловко подогнув под себя левую руку, а правая была вывихнута. Я постаралась перевернуть его на спину, но он издал такой душераздирающий стон, что мне пришлось оставить свои попытки.

– Помоги… мне, – простонал он едва слышно.

– Что мне сделать?

– Вытащи ее… выта..щи… – простонал он и потерял сознание. Осторожно проведя по его спине, мои пальцы натолкнулись на древко короткой арбалетной стрелы, пробившей левое плечо. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы переломить хвост стрелы, вправить вывихнутый сустав и перевернуть юношу на спину. От боли Адамантин пришёл в сознание и застонал.

– Тихо, тихо. Сейчас все пройдет, – успокаивала я его. Мне оставалось вытащить стрелу и перевязать рану. Сжимая здоровой рукой обломок стрелы, торчавший из его плеча, парень прошептал

– На счет три…

Уперевшись коленом в его грудь, я прижала его к земле, и обеими руками крепко сжала обломок. Его выдержка была поразительной – не только смог вытащить стрелу с первого раза, но даже не потерял при этом сознания от боли, которая, несомненно, была ужасающей. Покончив с перевязкой, я устроила раненого на груде прошлогодних опавших листьев, положив его голову себе на колени.

– Как ты… сама? – прошептал Адамантин пересохшими губами.

– Мне повезло больше, – ответила я, осторожно укрывая его своей курткой.

– Хорошо…

– Тебе нужно беречь силы.

– Все… в порядке… куда нас занесла эта… глупая кобыла?

– В какой-то лес. Утром тебе станет лучше и ты сможешь во всем разобраться. Правда же?

Он не ответил, снова потеряв сознание. Всю ночь я не сомкнула глаз, прислушиваясь к его дыханию.

Адамантин метался в бреду – шептал имена друзей и товарищей по войне и миру. Сперва я вслушивалась в этот бессвязный лепет, но потом оставила эту затею. Все эти имена были мне незнакомы, … все кроме одного, сорвавшегося с губ Адамантине перед рассветом. Едва слышно он прошептал имя моей покойной матери…

Глава Пятая

Рассвет… Пожалуй, лишь вдали от дома осознаешь вечность, начинаешь ее чувствовать.