Жулики. Книга 6

Толпа заколыхалась, усваивая информацию и ломанулась в сторону Бастилии.

– Ну, теперь и флага не нужно, минут через пять ворвутся на одной только алчности,– скривился Мишка.

На улицу Бобур он вышел минут через пять и сразу увидел Верку, которая стояла привязанная к кованому кольцу, торчащему из стены. Специально для лошадей очевидно туда и ввинченному.

– Та-а-а-к! Стоишь, значит. А где хозяин?– спросил он «Трояна».

– Унесли полчаса назад вон в ту дверь,– мотнула головой Верка.

– А ты стояла и смотрела?

– Указаний не было от Хозяина,– тряхнул гривой "Троян".

– Кукла Барби,– сморщился Мишка.– Филя, сколько там мазуриков?

– Восемь человек, вооружены всяко-разно. Местные тати. Пользуются смутой, мародерничают. Сейчас перекусят, чем Бог послал и опять на промысел.

– Зачем заковали Серегу тогда?

– Чтобы жаловаться не побежал.

– Почему не убили?

– Так не душегубы же, а мародеры.

– И много там еще таких простофиль, вместе с нашим охламоном?

– Да уже дюжину стреножили.

– Чего же лошадь без присмотра оставили?

– Отчего же без присмотра? Очень даже присматривают. Вон за углом двое,– чирикнул Филя.

– И правда две рожи, как я вас сразу-то не заметил? Ну-ка ко мне оба, живо. Побазарить пока хочу,

– Мишка щелкнул пальцами и из-за угла окончательно вывалились два оборванца, но при мушкетах и шпагах.

– В Доме Инвалидов разжились?– кивнул Мишка на железо.

– Та-а-м, мсье,– расплылся в улыбке оборванец постарше и позадиристее выглядящий.

Второй оборванец был напротив совершенно бледнолицый, на столько, на сколько, возможно вообще европейцу им быть. Он лишь сопел и шмыгал носом, усыпанным веснушками и лет ему было никак не больше 10-ти. Серые глаза, конопатое лицо, соломенные волосы. Вот уж кого за мародера сразу и не посчитаешь.

– Ну и какого хрена вы, пацаны, моего лучшего кореша по башке огрели и на цепь посадили?– начал Мишка "базарить".

– Кто ж знал, что он ваш корешь?– пожал плечами "кучерявый".– Кошелем тряс, вот и получил.

– Чего это он им трясти тут начал?– не понял Мишка.

– Так вот Пьер, попросил денежку на пропитание, а он достал и давай звенеть монетой. Мы тут чуть все не оглохли. Много у него их оказалось. Ни че, отлежится к утру.