Жулики. Книга 3

Хворат тока. Как папаню запродали бояре, так и хворат. Теперь на кухне, а раньше на скотном дворе за курями смотрела.

– Вона как!!!– Тихон стоял, уставившись на сына.– А ты меня не признаешь, сынок?– тот поднял глазенки и взглянул удивленно на него. И вдруг бросил мешок и заорал, так что Верка, Лерка и Манька шарахнулись:

– Тятя– я– я– я!– пацан кинулся к решетке и повис у Тихона на шее. А тот бормотал, сглатывая набегающие слезы:

– Вот ить, встренулись, от ить как,– и тискал щуплое тельце, протаскивая его между железных копий ограды.

– Ты, де так долга был, тять? Мамка плачет ночами. Борька помер.

– Помер?– обмер Тихон.– Дык как жа? Давно?

– Тебя запродали и помер,– Митька захлюпал носом в ворот Тихона.

– Ну, ладноть, ладноть. Теперя все наладится. Право слово, сын,– Тихон гладил пацана по худой спине, а тот трясся уже в рыданиях толи от радости, толи от горя.

– Вот, блин, достала видать парня жизнь рабская,– посочувствовал ему Серега.– Ну что, пошли боярина навестим? Переодеться только бы надо во что-то поприличнее, пыль американскую стряхнуть с ушей опять же. Мить, тут где гостиница или двор постоялый приличный есть ли? Показывай, а барыню больше не бойся. Пущай теперь сама себе листья для морды-лица собирает,-

Тихон подхватил Митьку и усадил его перед собой на Манькину шею.

– Ну, где у вас тут чего, веди?– попросил он сына.

Двор постоялый оказался вполне приличный и даже понравился парням своим ненавязчивым сервисом. Пара комнат, которые им немедленно предоставили, выглядели для 18-го века вполне прилично и даже уютно.

– У нас и князья с боярами останавливаются,– суетился вокруг них хозяин заведения, получивший пару рублей серебром вперед и почувствовавший наживу. – Стол изволите в отдельном кабинете накрыть, аль в нумера подать? -"Ишь ты – нумера", – усмехнулся Мишка, рассматривая "нумера".

– Клопы есть?– спросил он, отбрасывая кружевные накидки с пуховых подушек, выложенных пирамидой, чуть ли не до потолка.

– Не извольте беспокоиться, жжем окаянных всенепременно, кажный месяц, а зимой вымораживам,– заверил их хозяин, давя, как на грех выползшее насекомое на спинке кровати. И при этом даже не покраснев.

– Ты вот что, Игнат, как там тебя по батюшке?– глянул в хитрые, бегающие глазки хозяина Серега.