Жулики. Книга 1

Втолкуйте ему, что недолго мне осталось. Уйду скоро к Марфуше. Пусть потерпит уж,– Федор Леонидович опять вздохнул печально.

– А что если я соседу вашему, вашим внуком представлюсь? Ну, двоюродным там или троюродным и дам ему понять, что квартиру вашу продавать не намерян. А намерян, поселиться в ней со временем. Чтобы он слюной жабьей подавился. А дочь вашу я уговорю не продавать ему квартиру и сколько нужно, ей заплачу. Я и сейчас готов это сделать, если хотите. Живите хоть 200-и лет еще там,– предложил Мишка.

– Спасибо, голубчик. Если Алена согласится, то я не вижу других препятствий. А без ее слова я не могу распорядиться квартирой. Она ведь тоже в ней родилась. И детство ее тоже в ней прошло. Я ведь ее школьные тетрадки все до сих пор храню. Пусть она решает,– согласился Федор Леонидович.

– Договорились. Она давно ли вас навещала последний раз?

– Давненько не была. Звонит очень часто, но вот в это лето, что-то со здоровьем у нее не заладилось. Она ведь сердечница. Инсульт один уже был.

Переживаю я за нее. Сегодня же созвонюсь. Раньше-то мы с ней ежедневно по телефону общались. А вот, как Марфуша ушла… Реже стали общаться. Больно обоим… Очень Алена привязана к матери была. Больше чем ко мне… Я ведь в университете с утра до ночи. Сами понимаете,

– Федор Леонидович помрачнел и сделал вид, что пьет чай, чтобы спрятать заблестевшие слезами глаза.

Глава 4

В этот вечер Мишке впервые довелось побывать в квартире Академика. Вообще-то он частенько его подвозил, но вот как-то зайти в гости не удосужился ни разу.

Думал, что там домочадцев видимо – не видимо и все заносчивые, да высокомерные, вот и отказывался от приглашений. А оказывается – старик-то одинок. А ведь впервые пожаловался на одиночество:

– «Сколько уже Кирюха у меня? Месяца три. Вот ведь железный дед. О попугае думает больше, чем о себе самом».-

Дом, в котором проживал Академик, фасадом смотрел на набережную и все стены его были увешаны мемориальными досками. Академики, профессора.

Дом, очевидно, когда-то принадлежал Университету, вот и накопилось досок. И вот в таком доме появился «новый русский».

– «Кичится, поди, перед своими дружками»,– неприязненно подумал Мишка, помогая Федору Леонидовичу подниматься по широким ступеням лестницы. Дом был пятиэтажный, а квартира Академика находилась на третьем.

– И как зовут вашего соседа, Федор Леонидович?– Мишка запер за собой дверь и жестом остановил Академика, ищущего для него шлепанцы.