Жулики. Книга 1

А когда Мишка не подвел и оправдал на деле оказанное ему высокое покровительство, то стали доверять дела наваристые и к информации допустили, к которой простого «бычару» и на выстрел не пускают.

Про то, что в Москве, что-то затевается, руководство группировки пронюхало по своим каналам загодя. Совсем не просто так, в середине месяца Мишка и еще десяток бойцов оказались в столице.

Формально если, то причиной была какая-то встреча «на высшем уровне», на которой нужно было поприсутствовать и «поиграть мышцами». На самом деле и встречи-то никакой не было.

Поселились на «хазе» у «кореша» Трефового. По одной статье «чалился» он с ним на зоне Воркутинской. «Кореш забурел», «хаза» у него с видом на ул. Горького из пяти комнатищ. И сам раздобрел. « Морду наел» на вольных хлебах такую, что Трефовый его сразу и не признал.

– Ну, ты и шайбу нажрал, Слоняра,– обнял он поддельщика.– Правильное тебе погоняло прилепили. Точно Слон,– а Слон рявкал добродушно в ответ, хлопая Ваську по спине:

– А ты, как был глистоперище, так и ничуть не прибавил.

– Знакомься, Жук – корефан мой давнишний, вместе зону топтали,– представил Мишке дружка Трефовый.– Эх, какие времена были, какие люди! Не то, что теперь. Слон, ты помнишь Борьку ссученого?

– Это которого на толковище опустили? Погоняло у него было – Мыло. Скользкий гад, га-га-га. Папа велел ему намылить задницу, га, га, га. Крысятничал суконец,– вспомнил Слон.

– Ну да – он.

– Да иди ты… Параша? Быть не может! За бабло корону? Плюнь в рожу тому, кто языком метет. За такой базар и ответить можно. Может, попутал ты чего, Вась?

– «Плюнь». Солидные люди базарили.

– И че теперь?– впал в ступор Слон.– Эт че получается, закон похеру? Любой петушара в короли на бабле въехать может? Не-е-ет, быть такого не могёт. Сход надо собирать. Ты-то вот, чего не коронуешься? Ходок у тебя в самый раз, авторитет есть, мозги варят и закон блюдешь.

– Да я не рвусь, молодой еще, успею.

– Блин, эти суки короны покупают, а ты «успею»? На каком сходняке этой суке корону вернули?

Трефовый минут пять сыпал именами, а Слон только крякал и чесал толстый загривок.

– Да-а-а, солидняк собрался. Это сколько же он в общак заслал, что такие люди за него слово свое не пожалели замолвить?-

Трефовый назвал сумму предполагаемую и Слон присвистнул:

– Да-а-а.