Смутные времена. Книга 7

– А где мой мешок?– спросил Хрюкин, вспомнив, что он шел не с пустыми руками и падал тоже не с пустыми.

– Ох, дяденька…– всплеснула руками Верка, прикладывая к его лбу мокрую, холодную тряпку.– Подержите, я взгляну. Наверно там ваш мешок остался,– вернулась девчушка через минуту и принесла не только мешок, но и лыжи: – Вот все ваше,– положила она рюкзак у ног Хрюкина, а лыжи оставила при входе, прислонив их к стене. На вид Верке было лет десять, но глаза смотрели совершенно по взрослому, озабоченно, понимающе.

– Спасибо, Вер,– поблагодарил ее Хрюкин.– Угостить мне вас нечем, только сухари есть,– принялся рыться он в мешке.

– Сухари,– обрадовалась девчушка.– Не надо, дяденька. Вам самим, наверное, нужны. Петьке только один дайте, а мне не нужно. Скоро мамка придет, тюрю будем варить. Хотите кипятку?

– Хочу,– согласился Хрюкин.– Ваш кипяток, мои сухари. У меня много их. А завтра я на довольствие встану при военкомате, так что вы не стесняйтесь,– Хрюкин выложил оставшиеся сухари прямо на лежанку, и оказалось их не так уж и много.

– На стол нужно, дяденька,– засуетилась девчушка, перекладывая сухари на стол, который Хрюкин сразу и не заметил. А это был именно стол, правда стоял он на кирпичном основании, но столешница была круглой и застеленной газетами. "На страже Родины". Прочитал Хрюкин заголовок и спросил:

– Что пишут?

– Ой, дяденька,– Верка суетилась рядом со столом, расставляя на нем кружки солдатские и чайник. На его место, подняв, она сунула кусок кровельного железа, и пыхнувший было в подвал дым, потек опять в трубу.

– Петька, подсаживайся поближе,– позвал мальчишку Хрюкин и из тряпок выполз чумазый мальчонка лет пяти, с конопатым, сопливым носом, шмыгнув которым, он спросил.

– Дядь, а ты кто?

– Я? Меня зовут Артур,– назвался Хрюкин.

– Не-е-е. Я не как звать. Ты кто? Немец или наш – русский?

– Русский я, Петь. У меня и фамилия русская – Хрюкин.

– Хрюкин? Смешная фамилия,– прыснул Петька, получив подзатыльник от сестры и выговор:

– Ничего не смешная. Обыкновенная. А у нас, что лучше что ли? Кутузовы.

– Как?– переспросил Хрюкин, подумав, что ослышался.

– Кутузовы,– повторила Верка.– Меня все в школе "Кутькой" дразнили. Кутька, да Кутька. Чего хорошего?

– Да уж, чего там хорошего, коль дразнят. Меня "Хряком" дразнили. Главное обидно, что не "Хрюком", а "Хряком". Не правильно это.