Вспомни обо мне

 – Тебя что, выпороть, что ли? Вот дурища! Ты извини ее, она и сама не понимает, что говорит…

– Да пусть… Я понимаю, о чем она… Хочет исключить возможность того, что Вера осталась живой… Хочу тебя успокоить, Таня, доктор показал мне ее тело сразу после того, как перестало биться сердце. Да, это правда, я до нее не дотрагивался, и меня предупредили, что она больна гепатитом… И вообще, этот доктор, циник по образованию (как я всегда говорю о врачах), предупредил меня, что мне не следует целовать ее… Господи, да, верно, прошло три года, и мне казалось, что я смогу говорить об этом спокойно, но я не могу… Так больно…

– И вы тоже поймите меня, – уже более спокойно произнесла Татьяна.

 – Ведь это не вы, а я видела эту женщину. Вот ты представь себе, Толя, что идешь ты, к примеру, по улице, а тебе навстречу – я. Ты здороваешься со мной, а я делаю вид, что вижу тебя в первый раз… Разве на тебя это не произведет впечатления?

– Произведет…

– И что ты будешь делать?

– Подойду к тебе, разверну, чтобы внимательно рассмотреть…

– Вот! И когда ты, предположим, сделаешь это и увидишь, что я – это я, но говорю, что это не я, твои действия?

– Позвоню твоему мужу, вот этому, Олегу, и спрошу, где ты.

– А если он тебе скажет, что я, к примеру, в командировке…

– Значит, я обознался…

– Нет, все это не то… Понимаешь? Не та степень удивления, потрясения, шока, как сегодня, когда я увидела Веру, которая умерла три года тому назад… Поверь мне – это одно лицо. И прическа и стиль ее одежды… – Она как будто бы расстроилась, когда поняла, что ей никто не поверил.

Даже снимки не произвели должного впечатления.

И вдруг Концевич сказал:

– Мне Леня звонил вчера ночью из «Европы»… Сказал, что тоже видел Веру. За соседним столиком, представляете? А сегодня вот вы… Значит, на самом деле есть женщина, похожая на Веру. Но это все равно не она… потому что ее нет.

– Вот бы тебе самому ее увидеть… – всплеснула руками Татьяна.

В дверь позвонили. Вошла шумная, в каплях дождя, роскошная в своем румянце и сияющих глазах Лариса.

Кудри не развились даже под дождем. Как кукла, дорого одетая, яркая, шикарная. В руках – большой золотистый пакет.

– Привет компании! – произнесла она, улыбаясь во весь рот. – А я, между прочим, Толик, купила то, о чем говорила тебе еще утром! Но показывать пока не стану, когда все уйдут, тогда…

И она на глазах у Маевых подошла к нему и бухнулась на колени. Анатолий, покраснев, стащил ее со своих ног, усадил на диван.