Любовь бывает и обманной. Роман

Как дела? – спрашивает мама.

– Всё хорошо. Я собираюсь приехать к вам, – добавляет он, – завтра. Пусть дядя Максим встретит меня в городе.

– Хорошо. Обязательно встретит.

На этом их телефонный разговор оборвался. Мама, войдя в папин кабинет, говорит:

– Максим завтра собирается приехать к нам Беляев Владимир. Он сейчас звонил и просил, чтобы ты завтра его встретил.

– Как же здорово! – говорю я.

– Ладно, встречу, а в какое время он приедет? – спрашивает он.

– В девять часов на автовагзале.

– Ладно, встречу.

А перед сном почистив зубы и расправив кровать, сестрёнка сказала:

– Ну, значит точно, что завтра утром Володя приезжает. Будет же мне с кем драться и над кем издеваться! – говорит она.

Если вспомнить, как моя сестрёнка любит издеваться над моими друзьями, конечно, это лучше не видеть вживую.

День приезда моего лучшего друга, которого я считал не просто другом, а даже братом. Проснувшись, я спускаюсь на первый этаж, чтобы умыться в ванной комнате и, позавтракать на кухне.

Саня встала немного раньше меня и уже сидела за столом с кружкой кофе, а напротив неё сидел на табурете папа. Мама стояла у газовой плиты. Она мне набыстро налила кофе и стала собираться в клуб на репетиции к мероприятию в честь татарского праздника «Сабан туя», который планировалось провести одиннадцатого июня. Севши за стол, я спрашиваю у папы:

– Ты сейчас поедешь встречать Володю? – немного помолчав, я продолжаю, – а можешь меня взять с собой?

– Нет, Саня оставайся дома, – ответил он.

Папа, позавтракав, вышел из-за стола, поставив пустую кружку из-под кофе на раковину, идёт переодеваться, чтобы ехать в город. Переодевшись, спускается вниз и, говорит нам:

– Я скоро буду. Ждите.

Через некоторое время после отъезда папы мама, собравшись, ушла на репетиции, а сестрёнка к бабуле, чтобы водиться с племянниками; оба племянника друг другу приходятся двоюродными братьями. Старший, белобрысенький Генка, а тот, что помладше темноволосый полненький не для своего возраста Игорь, который почему-то при игре с Генкой всё время всё повторял за ним.

«Что же мне сейчас поделать? Что бы такое придумать? – думал я, когда остался один наедине с тишиной. – А, что здесь думать!» – сказал я себе. Я взял в руки гитару, резким движением руки перекинул её на ремне через плечо и начал вспоминать свои первые песни. Так прошло около часа. Потом я, подойдя к подоконнику, посмотрел в окно и вижу – подъезжает папа на своём автомобиле, а с ним Беляев Владимир.