Между небом и гаражами

Я со всех ног побежал на звук, но когда примчался на место, все уже было кончено: на земле лежало тело настоящего монстра. Это был невероятных размеров черный волк. Несколько мужиков добивали его вилами и топорами, хотя никакой надобности в этом уже не было – волк был мертв. Дальше действовали по привычной схеме: распотрошили, развели огонь и сожгли. Запах горелого мяса и шерсти распространился по всему лесу.

И хотя с ужасным монстром было покончено, домой возвращались с тяжелым сердцем: все прошло слишком легко и просто.

Он знал, что так будет, но не выстрелить не мог. Волк был ближе к нему, чем к остальным. Еще секунда – и зверь бы ушел. Такого бы друзья не простили. Каждый из них уже потерял кого-то из близких: кто жену, кто отца, кто детей.

Раз черный дьявол мстит убийцам волков, то я решил подкараулить его у дома охотника. Забрался на крышу сарая, взвел курок и стал ждать.

Просидел до глубокой ночи. Глаза уже слипались, и я чувствовал, что вряд ли смогу дольше продержаться, подспудно успокаивая себя мыслью о том, что проклятый зверь уже не появится: ведь скоро рассвет. Как вдруг вдоль забора скользнула немая тень. Сердце заколотилось, руки задрожали. Вот оно, попался, дьявол!

Но нет: к моему сожалению, тень принадлежала какому-то маленькому зверьку. Может, еноту или барсуку. Я разочарованно вздохнул и отвел ружье. Тьфу! Зря перепугался.

Зверек же оказался настырным и не пожелал уходить со двора. Он добежал до середины лужайки и встал прямо под лунным светом. Нас разделяло метров десять, когда зверь заметил меня.

Я пригляделся и, конечно же, узнал ту несуразную помесь бобра и собаки, которую повстречал в лесу.

– Кыш, шавка! – крикнул я ему. – Брысь! Я тут на Дьявола охочусь! Я шикнул, но зверек даже не пошевелился. Замахнулся – он и с места не сдвинулся. Тогда я бросил в него куском черепицы – попал в бок, но зверь и звука не издал, даже не шелохнулся.

Да что с ним такое? Что ему надо здесь? И чего он уставился на меня, как баран на новые ворота?

– Пошел прочь! Не смотри на меня так своими слезливыми глазками! И только я это произнес, в тот же миг глаза его переменились – вспыхнули!

Нет-нет, я не преувеличиваю! Они не отражали света луны, как это часто бывает у диких зверей в ночи. Нет, эти глаза буквально загорелись!

Я попятился.