Любовь и жизнь

Володя помог управиться с хозяйством, долго занимался с дочками, а рано утром уехал на работу.

Что он думал, теперь никто никогда не узнает. Была весна, все отпрашивались на работе, чтоб посетить на Радуницу могилки. Володе тоже очень захотелось съездить в свою деревню на кладбище, где похоронена мама.

В семье брата Миши все были рады его приезду. И по традиции во вторник отправились отдать дань и поклониться родственникам.

– Володька! – вдруг услышал он до боли знакомый голос, обернулся и увидел дородную молодую женщину с сияющим лицом, а рядом такого же упитанного высокого мужчину.

– Валя! – почти прошептал Володя, с трудом узнав в крупной даме ту худенькую и стройную Валюшу.

– Я самая. А ты такой же худющий и молодой. А мы вот раздобрели.

Они стояли друг против друга, как два незнакомых чужих человека, и молчали. Выручил брат, пригласив выпить и помянуть усопших.

Говорили ещё о чём-то, но Володя ничего не слышал, а только кивал головой и как-то странно улыбался.

В своей квартире на перегоне Володя с дороги, не раздеваясь, прилёг на диван и в полудрёме опять, как когда-то в поезде, увидел цветущий сад и себя маленького с мамой, гуляющего по дорожкам. Но теперь ему не хотелось убежать от неё. Он всей своей ладошкой ощущал тёплую руку мамочки и, счастливо улыбаясь, подчинялся каждому её движению, удаляясь всё дальше и дальше, завороженный благоухающим и дивным видом.

Проснувшись от какого-то толчка, резко встал, достал бутылочку 100% уксусной эссенции, вылил в стакан и выпил залпом.

Нашли его через два дня в открытой квартире коллеги по работе. В каких страшных муках умирал этот спокойный и добрый человек, знает лишь он сам и Господь Бог.

Галина, устроившись на работу, с трудом поднимала детей. Потеряв мужа, имела ещё пару любовников, но замуж так и не вышла.

Умирая, прошептала старшей дочери:

– А ведь всё могло быть иначе! Жизнь в любви… с… Володей…

Он и она

Посвящаю Б. А. Ваградову. Стихи Бориса Ваградова вставлены в повесть по его желанию

Глава 1

Громко играла музыка, заглушая разговоры собравшихся на торжество по случаю тридцатилетия молодой дамы, но уже доктора наук.