Трансмиттер

– Нет, что-то не хочется. – ответила она.

Афанасий заметил, что сегодня она не такая, как обычно, нервная. Постоянно теребит руки, взгляд бегающий, не задерживающийся ни на чем.

– Послушай, если в тот раз было что-то не так, ты меня прости. – решил внести ясность Афанасий.

– Ты об этом? Перестань, все нормально. – она небрежно махнула рукой. – Знаешь, меня увольняют. 20 лет безупречной работы, и вот, пожалуйста, как драную кошку за забор.

Афанасий начал говорить обычные банальные фразы про то, что все будет хорошо, все наладится, это шанс начать новую жизнь и так далее.

Зина не отвечала, молча посидела еще немного и ушла.

Вернувшись в цех, Афанасий узнал, что во время его отсутствия половина работников цеха была уволена. Они уже успели собрать вещи и уйти.

В помещении стояла гробовая тишина, уже никто ничего не пытался имитировать. В этот день цех так и не начал работать.

В автобусе, развозившем людей по домам, было непривычно свободно, многие сидячие места пустовали.

Настроения гулять уже не было, не смотря на свежий скрипучий снег. Афанасий вышел на своей остановке и пошел домой.

На кухне орудовала дочь.

– Здравствуй, Лена. – поздоровался он, но она, как обычно, проигнорировала его.

В комнате он обнаружил необычный беспорядок. Открытые дверцы шкафов показывали ему пустые полки.

Вернувшись на кухню, спросил:

– Лена, а где мама?

– Ушла она от тебя, дурака. – ответила дочь, не смотря на него, занятая размешиванием содержимого кастрюли, стоящей на плите.

– То есть как ушла? – не понял Афанасий.

– Нашла себе нормального мужика и ушла. – пожала плечами дочь. – А чему ты удивляешься?

Афанасий медленно присел на стул и ничего не ответил. Такую новость требовалось переварить.

Впервые за многие годы он мог спокойно пройти по коридору и не ожидать в свой адрес крепкого словца или очередного упрека. В пустой комнате он не знал, чем заняться. Обычно в это время он бродит по улицам и тянет время. Бросив взгляд на пульт от телевизора, подумал, что не знает, что там смотреть, потому что пульт всегда и всецело принадлежал жене.

Зайдя на балкон, осмотрел свои владения. Но тут все было почищено, взрыхлено и полито. Предложил дочери поужинать вместе, но та молча наложила в тарелку пельменей и ушла в свою комнату. Одиноко тикали часы на стене, за закрытой дверью у дочери тихо бубнила музыка. Бесцельно побродив по квартире, Афанасий наткнулся на шкаф с книжками.