Лотос Серебристый

Тот тигр пришел из соседнего села, где до этого уже убивал пастухов и поедал скот. Тигр-людоед. Этим же вечером отряд из вооруженных мужчин решили прочесать лес на случай появления шакалов-падальщиков, обычно следовавших за тиграми и питающихся остатками.

Из-за случившегося меня освободили от обязанности присутствовать среди гостей. Я не знала, радоваться тому или нет. С одной стороны я изнывала от желания узнать, там ли тот незнакомец, и в то же время было страшно вновь показаться у него на глазах. Он по всей видимости принял меня за местную лао или за какую-то диковину, одетую в индийское сари.

Я вздохнула, вспоминая момент, когда он поднял меня, когда стал спрашивать на разных языках, думая, что я не понимаю.

– Чаонинг Киара, почему вы все время улыбаетесь? – спросила меня лао Парамита, расчесывая мои тяжелые вьющиеся волосы, похожие на иссиня-черный шелк. Волосы достались нам с сестрой от матери, а вот белая кожа словно лепесток магнолии – от отца в совокупностью с зелеными глазами.

– Разве я улыбаюсь? – спрашиваю и сразу бросаю взгляд в зеркало.

Улыбаюсь и не могу перестать этого делать.

– Уж не повстречала ли мадмуазель своего хак? – темные глаза Парамит озорно блестели. Она считалась самой красивой среди всех лао нашего поместья. Даже отец берег ее, не отправляя работать в поле. Она оставалась при доме, ухаживала за мной и Джией, и была нашей подругой, с которой мы могли разделить девичьи секреты.

– Ну что ты говоришь такое. Конечно же нет, – отвечаю и понимаю, что краснею.

– А Чан говорила мне, что видела, как чаонинг нес на руках белый господин, – не унималась Парамит, – у нас после такого мужчина идет просить благословения к родителям девушки, чтобы соединить их жизни.

Я поднесла руки к горящим щекам.

– Перестань, он просто помог мне. Моя нога болела.

Парамит хмыкнула, молча заплела волосы в две толстые косы и зажгла благовония.

– Подай веер, – попросила я. И лао протянула мне японский веер с изображением гейш у пруда.

Раздался стук, и не дождавшись ответа, вошел отец. При его появлении Парамит сложила руки на груди в приветствии. Он жестом указал ей на дверь, и она поспешила выйти.

– Как ты, Киара? – спросил он, смотря на мою голую лодыжку. – Доктор Перес утверждает, что ничего серьезного, только нужен покой в ближайшие пару дней.

– Все хорошо, папа, – отвечала я, приподнимаясь.

– Так кто убил того тигра? Работники болтают каждый свое.