Черниговка. Исторические портреты

Да й пiшла од його.

– Брешеш, бабо! – сказал полковник. – Не за тим тебе звано, не те воевода казав тобi, не такий ти йому одвiт дала. Ей, козаки! – обратился полковник к тем казакам, которые привели Белобочиху. – Виведiть сю бабу на двiр да й сполосуйте iй спину дротянкою-нагайкою.

– Пане вельможний! – вскричала Феська. – Я не стану доводить себе до нагайки. Скажу й без неi. Воевода питав мене, чи не можна добуть йому дiвчину красовиту: «Бо, – каже, – одинокий я чоловiк, скушно спати». Таку, каже, дiвку, щоб до його унiч ходила.

– А ти йому що на те сказала? – спросил полковник.

– Я сказала, не знаю… За таке дiло нiколи не бралась! – отвечала Белобочиха.

– Брехня! Не те йому ти одвiтила! – сказал Белобочихе полковник, потом, обращаясь к казакам, присовокупил: – Покропить iй нагайками плечi!

– Пане вельможний! – закричала Белобочиха. – Змилуйся! Всю правду скажу, тiльки не виказуйте мене воеводi; вiн мене тодi з свiта зжене, бо вiн звелiв нiкому того не виявляти, що менi казав.

– Мое полковницьке слово, що не скажу, – отвечал полковник, – i бити не буду, аби тiльки правду сказала.

– Отже, всю правду повiдаю, – сказала Феська. – Питав мене воевода: яка тут у Чернiговi красовитiша дiвка? А я йому сказала, що як на мое око, так нема кращоi над Ганну Кусiвну, що отее, як кажуть, просватана за козака Молявку. А воевода каже: «Где би менi ii увидить?» А я йому кажу: «А де ж? У церквi». А вiн казав, щоб я узнала, у якiй церквi буде та дiвчина, так вiн туди пiде, щоб ii повидати.

Полковник, разговаривая с кем бы то ни было, по выражению глаз и звуку речи отлично умел узнавать, правду ли ему говорят или ложь. На этот раз он заметил, что Белобочиха не лжет, и от ней он более ничего не добивался, а потому и отпустил. Феська убежала во всю старческую прыть, довольная тем, что избавилась от грозившей ее плечам дротянки.

– Чули, панове? – спросил полковник вышедших из другого покоя старшин.

– Чули, все чули! – был ответ.

– Так мовчiть поки до часу, а як час прийде, тодi ми заговорим, i, може, пригодиться те, що тепер чули!

II

Много цветов в садах зажиточных казаков, а между цветами нет ни одного такого, как роза. Ни крещатый барвинок, ни пахучий василек – ничто не сравнится, как говорит народная песня, с этой розою, превосходною, прекраснейшею розою.