Калифорнийская тайна Никсона и Громыко

Для точности злодейства подошел к волшебнику почти вплотную

И, выстрелив в него четырежды, осознал в момент, что всё впустую.

Гордец Громыко побледнел тут, сконфузился, и даже содрогнулся,

И, быстро потерев глаза, которым впервые не поверил, испугался.

Зато дедушка Сун Дин нагнулся и, найдя четыре пули под ногами,

Подбросил ловко на ладошках их, и хило посмеялся пред гостями.

Тут лишь у гуляк страх сошел, и они вздохнули мигом с облегченьем.

Вскочили с мест, хлопая в ладони, как будто в цирке веселились.

Но Громыко никогда с позиций так своих, не уходит с пораженьем.

Он поднимает сызнова свой наган, и снова все тут насторожились.

По натуре Громыко тихий был, а тут как демоны в него вселились:

Зелёные злые огоньки в его глазах, отчего-то разом засветились.

На сей раз он цинично метится уже не в человека и не в людей;

А в чудо – сферу над Сун Дином, в его талисман «Маленькое солнце».

А с зала выкрики уже чудо искателей: «Ты что же делаешь, злодей?

Не смей, басурман, стрелять туда, ведь там, у чудотворца сердце?!»

Но, к сожаленью, скажем, к бунтарю слова встревоженных людей

Как будто бы так в пустое место, иль вовсе не доходят до его ушей.

И вот из его нагана, гремят уже два прицельных выстрелов всего,

Но только сам как скошенный замертво упал от злодеяния своего.

Но сразу ж рифмы, как нещадные грехи,

Сложились в ситуации такой в стишки.

Откроем мы ж тогда смятённые сердца,

Чтоб жизнь была без тлена, без конца.

Так, бренное тело, презрев и покинув,

Родной дух отошёл, оболочку отринув.

Вот пробил разлуки томительный час:

Тигель остался, а пламя огня уж угас.

Кто отлетевший тот дух потревожит?

Кто воспрепятствовать этому сможет?

Нам сразу знать то, всё пока не дано;

А в жизни бывает так, что всё решено!

Но всё же все подробности, дорогой читатель мой, уже в другой главе,

Чтоб с передышкой, несомненно, посвежей, виденья были б в голове.

Глава 3

Конечно, всякое лихо имеет двоякое лика, и потому – то это споро.

Но только оно ко всему не меняется в сюжете так быстро – скоро;

И оттого я остановил рассказ в предыдущей в той главе лишь тогда,

Когда лихой Громыко расстался с жизнью вроде как бы навсегда.

Напрасны оказались козни у этого министра тёмных дельцов тут.

А за злодеяние, как правило, всегда три шкуры всё равно сдерут.