Калифорнийская тайна Никсона и Громыко

И тем не менее пилоты успели беспрепятственно их употребить

И, не запивая водой, целиком взять и пилюли просто проглотить.

Едва очнувшись, мы бросились тотчас же к пленникам быстрей,

Дабы избавить их от нежданных плазменных конфеток поскорей.

Но поздно. Инопланетяне, к удивленью, стали уже как светильники.

У всех тела уже небесным синим светом словно сразу засветились.

А после минутного сиянья вроде бы нормализовались эти мужички.

Но, вздохнувши напоследок глубоко, мгновенно сразу повалились.

Сперва мы думали, – продолжал проводник, – что всё уже пропало,

Что так нелепо, глупо от нас ушли космические пилоты тут навеки.

Но через год, к счастью, мы убедились в положенье здесь обратном,

И нам, как несомненно видно, с ними опять безумно повезло.

Они теперь не мертвецы, но в состоянии, бесспорно, коматозном.

Сказать про них можно – эти люди не простые, но они преступники?!»

«Обожди чуток, – подняв руку и прервав ученого, заговорил Никсон, —

Сначала мы для цивилизации вынуждены были сделать эксперимент

И у одного из космонавтов, так сказать, это самое сглотнутое изъять

И вытащить из живота, по всем канонам хирургии, чудесный элемент.

Но, изъяв, мы не сумели в штуке той самого элементарного узнать,

Из чего оно сотворено, но только погубили этому подопытному сон.

И вообще, – продолжал Никсон с изречением и пояснениями в свет, —

Всякое украденное добро, с давних пор известно всем, впрок не идёт.

Зато мы засвидетельствовали эту использованную чудную пилюлю.

А, в общем, эта штучка с виду как застывшая росинка, очень уж чиста.

Словно минерал какой, а по формату похож так на маленькую пулю.

Хотя, к сожалению, эта штуковина давно уже без излучаемого света.

Да вот ещё казусный момент, – заканчивал, безусловно, президент, —

Добавлю лишь, мы так и не узнали, из-за чего тело может так светиться.

Но вот без пилюли у космонавта сердце сразу ж перестало биться.

Казалось, к сожалению, на этом казусе и завершится эксперимент,

Но наши лекари большие не допустили этак нашему герою помереть.

Но только лишь пришлось его в специальную барокамеру отправить».

«Пилюлю эту непростую, – стал далее мудрый академик пояснять, —

Мы, разумеется, в тот год в научный центр по ин-явлениям услали.

Но минуло уже с тех пор, к сожалению, примерно годиков так пять,

И только в том году её назад, к общей радости для нас, прислали.