Калифорнийская тайна Никсона и Громыко

А тут ещё шустрый академик и добавочное освещение включил,

И этим словно нежно ослепил трясущихся от волнения мужчин.

«Что будет дальше, – мыслят путешественники и глядят во все глаза,

И что же вытащит живая ленточка из своего выходящего лаза?»

Но тут замедлила ход и стала тихой полоса транспортёра,

И не резва она, как раньше, к слову, и никуда уж боле не бежит.

И вот наконец-то на дорогих золотых лодках им всем вывозит

Первого, бесспорно, космического, необычного чело… визитёра.

А за этим, как какие-то дублёры, последовали сразу и остальные,

У всех усопших тела скрючены в гримасах, словно были они больные.

Всегда, везде всю масть отважных и умнейших гуманоидов

Расцениваю я как первых разведчиков со всех других миров.

И потому, мой дорогой читатель, нам неимоверно сложно

Их повстречать, к общей радости, на нашей маленькой Земле.

А здесь лежат в различных комбинезонах, словно безмятежно,

Безусловно, с десяток мертвецов, как в идеальнейшем кремле.

Одни ростом на полтора, другие даже так на целых три метра,

И, к удивлению, руки длинные у всех, как у проворных бедуин.

На всех конечностях – руках, ногах – у каждого космического визитёра

Ровно, без сомнений даже, по четыре удлиненных пальца только

И с острыми когтями, дико, страшно, безобразны все как один.

Даже в гуманоидах благообразности тут не найдёшь нисколько.

Да, на земле подобное, мой друг, такому вряд ли где-то сыщешь.

И даже экспонат такой, наверно, ты не найдёшь и не разыщешь.

Чего только их безволосые, как будто бы облизанные, головки стоят:

На лицах отсутствуют брови, а безносые их дырки всех пугают.

Застывшими глазищами словно какой-то ужас страшный видят,

Разинуты их рты, о чем-то самом гиблом нас они предупреждают.

Налюбовавшись, насмотревшись наконец-то вволю да без шума,

Американский босс вновь без промедления подал рукой сигнал,

Чтоб этот транспортёр, обслуживающая ленточная машина

Всех этих мертвецов из комнаты зараз и без почестей свезла.

Но для хранения, возможно, сцен подобных, в тайниках укрыла,

Где завсегда имеется потаённый ледниковый зал или подвал.

А здесь опять опустевшая дорожка тихонечко едва-едва ползёт,

И снова миролюбивый президент поучительную речь заводит:

«Напоминаю всем, – глаголет он, – это были биороботы-солдаты.

А теперь вы увидите зрелище необычайное и завлекательное».

Да… на интересном самом месте время прибавляет обороты.