Связка и дракон

– И почему в высших кругах всё так сложно? – села, обулась и перелезла на переднее сидение ближе к нему, чтобы тоже разглядывать всех вокруг.

– Точно! – была согласна Фрея, – могли бы и без нас понять, что вышла ошибка. Так нет же – стойте в пробке, тащитесь за десятки километров, ешьте то, что дают, а ещё и с кем попало знакомьтесь!

Мы с папой переглянулись.

– Грегори не «кто попало»? – хихикнула я.

Подруга сделала коварный вид, взглянув на меня из-под бровей.

– Для тебя сойдёт, – пророкотала она.

Мне стало веселее.

– Боюсь представить, какого принца ты выбрала для себя в этой группе «кого попало»! – запрокинула на подголовник затылок я.

– Ты вообще ничего не понимаешь, Мока, – махнула на меня рукой она, отчего по лицу скользнула тень, – у королевы нет детей! Это, конечно, проблема века, но я нашла способ выхода из этой западни! Готова?

Повернула к ней голову, чтобы не только слышать, но и видеть.

– Группа противника! – объявила она, – есть, конечно, камень преткновения, например то, что меня очень вряд ли выпустит из страны система, или же то, что все в Соголде крайне сильно любят всё возводить в абсолют и работать больше, чем жить.

Но мы то обе знаем, что если я туда попаду, то им всем…

– Кранты! – хором мы с папой.

Он добавил:

– Развал целого государства.

Я поджала ноги под себя, открыла окно, поняла, что раскаленный воздух и кондиционер в четырехместке – вещи несовместимые, выбрала второе и вернула всё на место.

– Это вы так думаете, а он будет видеть во мне и созидание тоже! Никакого разрушения! Ясно? – вещала Фрея.

– Значит тебе нужен принц с хорошей фантазией? – уточнила я.

Она моего порыва не оценила и цокнула.

– Хороший вариант, – удивил нас папа, а после вернул нас в реальность, – был бы, если бы система не отследила в твоей поездке релокацию и не закрыла бы доступ. И, конечно же, если бы все доступные «принцы» Соголды не практиковали бы магию разрушений.

При последнем слове никто шутить не стал. Слишком на слуху были происшествия с той самой «ночной» магией, как называли её в официальных документах.

Система запрещала её использование, потому что взрывоопасность и неконтролируемость порой доходила до абсурда. И до разрушений огромного масштаба с человеческими жертвами. Люди же в Соголде практиковали её на каждом углу – она была основным видом в источниках их граждан. Поэтому и основной политический образ жизни их жителей звучал не иначе как: «Доведение до абсолюта себя и всего вокруг».