Связка и дракон

– Я его только немного в пыль уронил, пока нёс, – хитро продолжил мужчина, – потом нечаянно пнул на газон, так что он там помылся. Затем, правда, поднял, чтобы унести обратно к машине, но уронил снова в пыль и слегка наступил на него… раз десять. Но в целом всё отлично – он жив.

Я отобрала у него вентилятор.

– Это была шутка! – поднял руки в защитном жесте он, – мама, кстати, пожаловалась на то, что ты не отдаёшь ей кольцо.

Примирительно протянула ему ветродуйку обратно, чтобы он не продолжал неприятных тем.

– Она уже планирует диверсию, – улыбался отец, – например уборку в твоей комнате.

На фоне королева всё ещё приглаживала растрепанные кудряшки на голове Фреи, расписывая идею Фратрии не иначе, как:

– …дружба стран! Мы должны показать, насколько мы рады их присутствию здесь, поняли? Поведать всем, насколько позитивны и добры наши детки! Насколько мы можем быть товарищами! Мы счастливы жить в нашей стране. Мы строим союзы, общаемся… какие мы всё хорошие и красивые!

– Это и есть тот к-хм… флаг? – указала на стоящий на подставке предмет обсуждения я, – они же не заставят тащить его Фрею? Она метр шестьдесят, а он… три? Он больше похож на флагшток.

– Флагшток устанавливается на месте, – вставил свою лепту командир.

– Значит, вы остаетесь? – высунулся довольной головой из-за Оза Грегори, – видели бы вы как Оз-зи выступал за ваш вылет! Вот это речь! – он был восхищен, – и вот, что из этого вышло… – кивнул на уже прижимающую к себе Фрею её величество.

От них только и долетало: «Красивая девочка», «Её в первый ряд!», как тут возникло:

– Ей нужно такого же красивого мальчика! – королевские глаза пробежали по нашему ряду.

– Грегори, милый, вставай и иди! – подбодрила его женщина из ряда кресел за нами, – давай, твой выход!

Я перевела взгляд с её светлокожего лица на мальчика, сидящего ровно за мной, а значит рядом с ней.

– Ормега, да! Где твоя ма… а вот она! – королева кивнула той самой женщине.

Малкольм в этот момент пытался улыбаться мило.

– Было бы логичнее взять тебя, – хмурился на происходящее на сцене папа, – ты выше Фреи. И, чего греха таить, к-хм… слегка статнее.

Я вернула внимание ему.

– Как тебе сказать, пап, – поджала губы, – я для «лица государства» слегка этим лицом не вышла, – хмыкнула на его хмурость, – глаза слишком узкие и тёмные, волосы не светлые и… могла быть и позагорелее.