Сердце тайн. Книга пятая

Моя жизнь не сильно отличалась от прошлой, пусть основных её моментов я и не помнила, но даже это казалось мне ощутимым плюсом – я смогла начать все заново, забыть прошлые прегрешения и вздохнуть полной грудью, лишь изредка забираясь в запыленную детскую с рисунками на стене или в Тритон, ощущая разрывающееся от скорби сердце. Это было чем-то сродни ритуала с жёстким матрасом – раз в день мельком и раз в месяц цунами-подобно, я скучала по всё тому же «кому-то», конечно же несказанно яростно коря себя за это.

Однако моя жизнь все ещё была счастливой: у меня был помогающий в делах папа, следящий и тренирующий мой ленивый зад, дед и няня, незримо машущая своим строгим пальчиком над моим лбом.

Что же касалось Раи, то… всё было сложно. Я лишь могла вспомнить собственные слова, отпечатавшиеся в голове два года назад. «Я вас ненавижу!». Необъяснимая моим сознанием фраза, заглушить в голове которую я так и не смогла, а потому обижалась на женщину с невероятной холодом, лишь изредка встречаясь с ней во время семейных посиделок, на которых мы с Алисой присутствовали одновременно.

Почему мы с ней были в одном теле? Хороший вопрос, ответ на который я не знала от слова «совсем». И не хотела знать. У меня была спокойная и интересная жизнь Высшей Леди, к счастью не обременённой браком, и собирающейся продолжать существовать в таком же режиме долгие годы. Пока меня не сожрет тоска, и не сгниет от пустоты душа, рвущаяся к более полным чувствам.

Вот и сейчас я прошла по коридору с легкой улыбкой, рассматривая задрапированные тканью стены второго этажа и представляя новенький ремонт, который планировала уже… года два, но останавливала себя не единожды, предположив в голове, что моему «маленькому привидению» точно это не понравится.

Нет! Все, решила. Начну ремонт сегодня же! Причем первым местом станет мой же кабинет, в котором точно следует отодрать от стены тот огроменный портрет над столом с черноволосой девочкой. Вот только… как?! Он же, блин, будто прирос туда и отлепляться не планировал.

Это было из той же «серии», где я пыталась открыть верхний ящик собственного стола на котором стояло настолько мудреное плетение, что у меня на вторую неделю глаз уже дергался и волосы дыбом стояли.